flo
10.10.2005, 14:02
Папагено забил косяк
// "Волшебная флейта" в постановке Грэма Вика в Большом театре
http://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00042_1h_t250w.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28843)
(http://www.kommersant.ru/photo/)
http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00088_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28844)http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00121_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28845)http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00090_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28846)http://kommersant.ru/pics/a.gif.
В Большом театре состоялась первая премьера сезона – оперу Моцарта "Волшебная флейта" поставил знаменитый британский режиссер Грэм Вик. ВАРЯ Ъ-ТУРОВА увидела в спектакле яркое доказательство того, что английский юмор уместен даже в таком серьезном жанре, как опера.
"Волшебную флейту" Грэм Вик ставил четыре раза, но во всех интервью перед премьерой он уверял, что московская постановка не будет похожа ни на одну из поставленных им "Флейт". "Мир, созданный на сцене, должен быть узнаваем зрителями, хотя это не означает, что действие будет происходить в сегодняшней Москве",– говорил режиссер. Сказочный мир Царицы Ночи, дракона, магических колокольчиков Грэм Вик и сценограф спектакля Пол Браун в самом деле превратили в современность, но уместную в любой точке мира. Дракон существует лишь в виде граффити на бетонной стене. Стена эта находится на мрачных задворках какого угодно города. Намеки на Москву существуют лишь в виде двух черных автомобилей "Волга" и милицейской формы Трех Дам – служанок Царицы Ночи.
Спектакль начинается, как и в либретто, с появления Принца Тамино (Марат Галиахметов). Другое дело, что автор либретто Эмануэль Шиканедер вряд ли мог предположить, каким способом его принц появится на сцене – с грохотом проломив стену и представ перед публикой в одних трусах. Спасаясь не от дракона – от каких-то криминальных разборок, обессилевший Принц теряет сознание. В таком виде его и находят три милиционерши, спугнувшие преследователей Тамино. Обрисовав фигуру лежащего мелом, сфотографировав его и проверив документы, дамы замечают привлекательность почти голого пострадавшего и никак не могут его поделить. После долгих споров они решают отдать его своему начальнику – вовсе не милицейскому, а самому что ни на есть криминальному авторитету – Царице Ночи (Карина Сербина). Та как раз ищет подходящего мужа для своей дочурки (Ольга Ионова).
Появление Царицы – первая кульминация спектакля. Открывается дверь припаркованной неподалеку "Волги", и из машины выходит пергидрольная блондинка в белых мехах и бриллиантах. К сожалению, появление Царицы оказалось гораздо более эффектным, нежели ее пение. Карина Сербина, пожалуй, самое слабое звено спектакля: ее вокалу сильно не хватало качества, процент попадания в нужные ноты был невелик.
Основной сюжетный конфликт прост: две разные по форме, но идентичные по сути криминальные структуры пытаются поделить власть. Сила и авторитет Царицы Ночи тают на глазах, в то время как растет влияние лидера конкурирующей структуры Зарастро (Валерий Гильманов). Если в либретто Зарастро – это мудрый философ, чуть ли не Бог, подвергающий испытаниям, но оберегающий героев оперы, то в версии Грэма Вика Зарастро ничем не отличается от стервы-царицы. Жажду власти он маскирует лицемерными речами. Его царство – это гигантский солярий, в который по очереди укладываются зарастровские приспешники. Народ уходит от Царицы Ночи к Зарастро именно потому, что тот обещает им чуть ли не бессмертие, вечную молодость и красоту, что в основном выражается в вечном и нездоровом загаре.
Исключениями являются двое – Папагено (Флориан Беш) и его Папагена (Анна Аглатова). Весь спектакль Папагено искренне не понимает, из-за чего сыр-бор. Все его желания – это найти хорошую девушку и наделать с ней детишек. По сравнению с глобальными проблемами других героев эта простоватая цель выглядит наивной. Но в результате именно философия Папагено оказывается ключевой. Отменной вокальной и обаятельной актерской работой приглашенному Флориану Бешу удалось воплотить эффектный режиссерский замысел – именно Папагено, в других постановках лишь комический герой, нужный для того, чтобы оттенить лирику Тамино и Памины, здесь становится главным героем оперы.
За исключением Царицы Ночи, все остальные персонажи оказались и сыграны, и спеты солистами Большого театра на хорошем уровне. Особенно убедительными вокально показались Марат Галиахметов и Ольга Ионова. Оркестр не всегда идеально аккомпанировал певцам, но это скорее на совести последних – дирижерский, и моцартовский, авторитет Стюарта Бедфорда не подлежит сомнению. Но в любом случае этот спектакль держится на режиссуре. По Грэму Вику нет разницы между какими-либо тоталитарными режимами. Спасение в одном: нужно заниматься любовью, а не войной. Эту расхожую идею, попахивающую приторным ханжеством, Грэм Вик лишил пафоса в духе парочки Джон Леннон–Йоко Оно. Он просто показал – всегда есть выбор. Либо лежать под зеленоватыми лампами солярия и стремиться к мифическому бессмертию, либо жить здесь и сейчас – резвиться с хорошенькой женушкой. Финал оперы пугает: подавляющее большинство выбирает мечты о вечной жизни. Массовка, стоя на фоне все той же стены с граффити, начинает радостно строить еще одну стену впереди себя, само собой оказываясь как бы в крошечном гетто.
Мир, созданный Грэмом Виком и Полом Брауном, оказался действительно узнаваемым. Но не только благодаря "Волгам" и милиционерам. Его прелесть именно в похожести на современные сказки – фильмы Терри Гиллиама, комиксы, боевики. Все это могло бы показаться банальным, если бы не набор отличных шуток, которыми приправлен спектакль. Гигантская яичница самостоятельно передвигается по сцене. Дамы в виде трех Мэрилин Монро – из-под сцены им под юбки дует ветер. Папагено курит огромный косяк. Режиссер не отошел от жанра волшебной сказки – просто сегодня она выглядит именно так.
// "Волшебная флейта" в постановке Грэма Вика в Большом театре
http://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00042_1h_t250w.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28843)
(http://www.kommersant.ru/photo/)
http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00088_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28844)http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00121_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28845)http://kommersant.ru/pics/a.gifhttp://www.kommersant.ru/Issues.photo/DAILY/2005/190M/KMO_068394_00090_1h_t75.jpg (http://kommersant.ru/doc-gallery.html?id=616145&pics_id=28846)http://kommersant.ru/pics/a.gif.
В Большом театре состоялась первая премьера сезона – оперу Моцарта "Волшебная флейта" поставил знаменитый британский режиссер Грэм Вик. ВАРЯ Ъ-ТУРОВА увидела в спектакле яркое доказательство того, что английский юмор уместен даже в таком серьезном жанре, как опера.
"Волшебную флейту" Грэм Вик ставил четыре раза, но во всех интервью перед премьерой он уверял, что московская постановка не будет похожа ни на одну из поставленных им "Флейт". "Мир, созданный на сцене, должен быть узнаваем зрителями, хотя это не означает, что действие будет происходить в сегодняшней Москве",– говорил режиссер. Сказочный мир Царицы Ночи, дракона, магических колокольчиков Грэм Вик и сценограф спектакля Пол Браун в самом деле превратили в современность, но уместную в любой точке мира. Дракон существует лишь в виде граффити на бетонной стене. Стена эта находится на мрачных задворках какого угодно города. Намеки на Москву существуют лишь в виде двух черных автомобилей "Волга" и милицейской формы Трех Дам – служанок Царицы Ночи.
Спектакль начинается, как и в либретто, с появления Принца Тамино (Марат Галиахметов). Другое дело, что автор либретто Эмануэль Шиканедер вряд ли мог предположить, каким способом его принц появится на сцене – с грохотом проломив стену и представ перед публикой в одних трусах. Спасаясь не от дракона – от каких-то криминальных разборок, обессилевший Принц теряет сознание. В таком виде его и находят три милиционерши, спугнувшие преследователей Тамино. Обрисовав фигуру лежащего мелом, сфотографировав его и проверив документы, дамы замечают привлекательность почти голого пострадавшего и никак не могут его поделить. После долгих споров они решают отдать его своему начальнику – вовсе не милицейскому, а самому что ни на есть криминальному авторитету – Царице Ночи (Карина Сербина). Та как раз ищет подходящего мужа для своей дочурки (Ольга Ионова).
Появление Царицы – первая кульминация спектакля. Открывается дверь припаркованной неподалеку "Волги", и из машины выходит пергидрольная блондинка в белых мехах и бриллиантах. К сожалению, появление Царицы оказалось гораздо более эффектным, нежели ее пение. Карина Сербина, пожалуй, самое слабое звено спектакля: ее вокалу сильно не хватало качества, процент попадания в нужные ноты был невелик.
Основной сюжетный конфликт прост: две разные по форме, но идентичные по сути криминальные структуры пытаются поделить власть. Сила и авторитет Царицы Ночи тают на глазах, в то время как растет влияние лидера конкурирующей структуры Зарастро (Валерий Гильманов). Если в либретто Зарастро – это мудрый философ, чуть ли не Бог, подвергающий испытаниям, но оберегающий героев оперы, то в версии Грэма Вика Зарастро ничем не отличается от стервы-царицы. Жажду власти он маскирует лицемерными речами. Его царство – это гигантский солярий, в который по очереди укладываются зарастровские приспешники. Народ уходит от Царицы Ночи к Зарастро именно потому, что тот обещает им чуть ли не бессмертие, вечную молодость и красоту, что в основном выражается в вечном и нездоровом загаре.
Исключениями являются двое – Папагено (Флориан Беш) и его Папагена (Анна Аглатова). Весь спектакль Папагено искренне не понимает, из-за чего сыр-бор. Все его желания – это найти хорошую девушку и наделать с ней детишек. По сравнению с глобальными проблемами других героев эта простоватая цель выглядит наивной. Но в результате именно философия Папагено оказывается ключевой. Отменной вокальной и обаятельной актерской работой приглашенному Флориану Бешу удалось воплотить эффектный режиссерский замысел – именно Папагено, в других постановках лишь комический герой, нужный для того, чтобы оттенить лирику Тамино и Памины, здесь становится главным героем оперы.
За исключением Царицы Ночи, все остальные персонажи оказались и сыграны, и спеты солистами Большого театра на хорошем уровне. Особенно убедительными вокально показались Марат Галиахметов и Ольга Ионова. Оркестр не всегда идеально аккомпанировал певцам, но это скорее на совести последних – дирижерский, и моцартовский, авторитет Стюарта Бедфорда не подлежит сомнению. Но в любом случае этот спектакль держится на режиссуре. По Грэму Вику нет разницы между какими-либо тоталитарными режимами. Спасение в одном: нужно заниматься любовью, а не войной. Эту расхожую идею, попахивающую приторным ханжеством, Грэм Вик лишил пафоса в духе парочки Джон Леннон–Йоко Оно. Он просто показал – всегда есть выбор. Либо лежать под зеленоватыми лампами солярия и стремиться к мифическому бессмертию, либо жить здесь и сейчас – резвиться с хорошенькой женушкой. Финал оперы пугает: подавляющее большинство выбирает мечты о вечной жизни. Массовка, стоя на фоне все той же стены с граффити, начинает радостно строить еще одну стену впереди себя, само собой оказываясь как бы в крошечном гетто.
Мир, созданный Грэмом Виком и Полом Брауном, оказался действительно узнаваемым. Но не только благодаря "Волгам" и милиционерам. Его прелесть именно в похожести на современные сказки – фильмы Терри Гиллиама, комиксы, боевики. Все это могло бы показаться банальным, если бы не набор отличных шуток, которыми приправлен спектакль. Гигантская яичница самостоятельно передвигается по сцене. Дамы в виде трех Мэрилин Монро – из-под сцены им под юбки дует ветер. Папагено курит огромный косяк. Режиссер не отошел от жанра волшебной сказки – просто сегодня она выглядит именно так.
