Balans

Сообщение от orthodox

Буду краток. Я взял на себя труд сочинить это обращение, которое, полагаю, выражает мнение многих людей. Предлагаю его здесь обсудить. Принимаются предложения по стилистической правке, фактическим деталям и так далее. Затем хотелось бы найти того, кто готов взять на себя распространение обращение всеми возможными путями и сбор подписей (сам я этим заниматься не могу). После того, как появится окончательный текст (думаю, в пятницу вечером или в субботу) я жду предложений. Сразу отвечаю на вопрос о том, почему обращение - к премьеру: он один способен быстро принять решения, ив любом случае присутствие его имени заставит серьёзнее относиться к написанному всех остальных.




ОБРАЩЕНИЕ

ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ МУЗЫКАЛЬНОЙ ОБЩЕСТВЕННОСТИ К ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИИ

В.В. ПУТИНУ

Уважаемый Владимир Владимирович! Завершился XIV Международный конкурс имени Чайковского по специальности "фортепиано". Можно констатировать, что за прошедшее десятилетие благодаря усилиям ряда выдающихся музыкантов и последовательной поддержке со стороны государства престиж конкурса был в значительной мере восстановлен. Несмотря на то, что среди участников практически не оказалось представителей Европы, общий уровень конкурсантов оказался настолько высок, что это вызывало восхищение как московской публики, так и иностранных гостей, а также слушателей по всему миру, наблюдавших за ходом конкурса при помощи интернет-трансляции. Среди лауреатов - прекрасные музыканты, уже имеющие в активе значительные творческие достижения и в то же время сохраняющие большой потенциал развития в будущем.

Однако в организации и ходе конкурса обнаружился ряд неблагоприятных моментов, присутствие которых внушает серьёзные опасения за дальнейшую судьбу связанной с конкурсом имени П.И. Чайковского культурной традиции. Прежде всего необходимо отметить изменение самого формата состязаний, который был позаимствован у американских провинциальных конкурсов, для которых основным организационным принципом является экономия средств, а целью - распределений премий, а не проведение масштабного культурного события. Число участников первого тура было сокращено до 30 человек (в прошлом их было до 50), которые отбирались по присланным ими DVD-записям комиссией из 6 человек, причем публика была лишена возможности ознакомиться не только с этими записями, но и со списком приславших заявки.

Такое, по сути дела, устранение первого тура из расписания конкурса привело и к выхолащиванию репертуара. Многие произведения, присутствие которых в программе сразу нескольких участников прежде служило украшением конкурса и казалось даже его необходимым атрибутом, в этот раз не прозвучали. Достаточно отметить, что за все время прослушиваний вниманию публики не было представлено ни одной интерпретации значительного произведения И.С. Баха, ни одной баллады или мазурки Ф.Шопена, ни одного лирико-философского произведения И.Брамса. Более того, если некоторые произведения таких отечественных композиторов, как С.В.Рахманинов и С.С.Прокофьев звучали, пожалуй, даже чересчур часто, то творчество И.Ф.Стравинского и Д.Д. Шостаковича оказалось полностью вычеркнуто из программы этого конкурса, чего прежде не бывало никогда.

Но гораздо хуже то, что новая организация конкурса оказалась также слишком уязвимой в отношении воздействия на ход состязаний коррупционных схем, искажающих результаты творческого соперничества, причем особенно неприятно это выглядело в свете того, что организаторами вновь оказался "забыт" прежде неоднократно декларировавшийся принцип исключения из числа участников учеников членов жюри. В итоге результаты уже предварительного отбора предоставили музыкальной общественности поводы для беспокойства и возмущения. Неадекватность критериев, применявшихся членами отборочной комиссии, прекрасно демонстрируется уже тем фактом, что лауреат премии конкурса А.Чернов изначально не был допущен к участию в I туре и попал на конкурс только в результате отказа американского участника Э.Тайсона. Кроме того, стало известно, что отстранены от участия в состязании были также известные музыканты, лауреаты престижнейших международных конкурсов (прежде всего, в частности, Ю.Фаворин), в то время как, несмотря на очень высокий общий уровень, прошли отбор некоторые заведомо более слабые претенденты. Наконец, нетрудно убедиться, что ИЗ 30 УЧАСТНИКОВ, ДОПУЩЕННЫХ НА I ТУР, 10 ЯВЛЯЮТСЯ НЕПОСРЕДСТВЕННО УЧЕНИКАМИ ЧЛЕНОВ САМОЙ КОМИССИИ!

В дальнейшем, несмотря на изменение состава жюри, общая доля учеников его членов и участников отборочной комиссии достигла ещё более неприличного значения - почти половины (5 из 12). Уже на этом этапе конкурс начали сотрясать громкие скандалы международного размаха, связанные с непрохождением в следующий круг состязаний ряда участников, рассматривавшихся значительной частью публики в качестве претендентов на победу (наибольший резонанс вызвали "отсев" во втором туре несомненно высокоодарённого музыканта Э.Кунца, названного журналом "BBC Magazine" одним из "10 пианистов будущего", и лауреата III премии предыдущего конкурса, любимца петербургской и московской публики А.Лубянцева; после первого тура конкурс также недосчитался ряда очень сильных участников). Поскольку во всех случаях это сопровождалось, часто массовым, прохождением учеников членов жюри, не обладавших явными преимуществами над исключенными конкурсантами, обычные отговорки о субъективности пристрастий публики и необходимости появления победителей и проигравших выглядели чрезвычайно неубедительными.

Особенно же в этом смысле показательным оказался небывалый инцидент внутри самого жюри: один из его участников, выдающийся бразильский пианист Нельсон Фрейре, после окончания первого тура внезапно прекратил участие в работе коллегии и покинул Москву! Поскольку никаких официальных разъяснений по поводу причин исчезновения маэстро от организаторов конкурса так и не последовало, публика не без оснований стала склоняться к выводу о том, что дело здесь в его категорическом несогласии с решением коллег, которое, вероятно, привело также к полуторачасовой задержке объявления результатов. В итоге, когда заявленный в качестве дополнительного участника судейской коллегии на третий тур прославленный музыкант В.Ашкенази отказался от участия в работе жюри, сославшись на состояние здоровья, это также было воспринято многими как проявление его нежелания принимать на себя долю ответственности за сомнительные решения, принятые ранее или, возможно, уже запланированные на будущее.

Таковы самые заметные из более или менее неприглядных фактов и обстоятельств, обнаружившихся в ходе состязания пианистов. Обращаясь к Вам, Владимир Владимирович, мы никоим образом не ставим перед собой целью добиться Вашего вмешательства в чисто профессиональные или персональные решения, принятые оргкомитетом нынешнего конкурса или жюри. Дело в том, что проблема коррупции в музыкальных конкурсах является очень застарелой и глубоко укоренившейся. В течение многих десятилетий конкурсная жизнь мира в значительной мере контролировалась крупными педагогическими кланами, и не принадлежащие к таковым музыканты или педагоги просто не смели возвысить свой голос против сложившейся системы, оказывавшей крайне негативное влияние на судьбы молодых исполнителей. Однако в последнее время ситуация стала меняться, и на престижных зарубежных состязаниях были установлены рамки, ограничивающие влияние коррупции и, во всяком случае, исключающие её наиболее одиозные внешние проявления. И если на конкурсе Чайковского не будут приняты аналогичные решения, все усилия по восстановлению его престижа могут оказаться напрасными и, более того, некогда служивший прославлению отечественной культуры музыкальный праздник может в итоге превратиться в источник национального унижения. Мы обращаемся к Вам как к главе Правительства России и человеку, в течение многих лет оказывавшему постоянную поддержку как развитию музыкального искусства вообще, так и Конкурсу имени П.И. Чайковского в частности. Именно Вы можете разрубить гордиев узел, преодолев эгоизм кланов и бюрократических структур, в течение десятилетий торжествовавший над идеалами творчества и справедливости. Для этого необходимо на начальном этапе принять всего четыре простейших решения, а именно:

1.Восстановить традиционный формат состязаний Конкурса имени Чайковского, предусматривающий публичное прослушивание в течение I тура достаточно значительного количества участников (порядка 40-50), сделав также прозрачным предварительный отбор по DVD-записям. Выступать в финале с оркестром должны также 8-10 конкурсантов, борющихся за присуждение премий.

2.Раз и навсегда сделать для конкурса законом прямой и безоговорочный запрет на участие в состязаниях учеников членов жюри или отборочных комиссий без ограничения срока давности и так далее.

3.Сделать обязательной публикацию оценок, выставляемых конкретными членами жюри конкретным участникам, как это принято на престижных европейских состязаниях: нынешняя система анонимности и, следовательно, безответственности, служит исключительно для прикрытия махинаций.

4.Поручить организаторам следующего конкурса сформировать систему, учитывающую при определении состава жюри мнение достаточно широких кругов профессионального музыкального сообщества (наряду со значительным увеличением численности судейской коллегии).

Кроме того, мы полагаем, что Правительству России пора задуматься над установлением общих рамок для публичных творческих состязаний разного рода, по результатам которых выплачиваются денежные призы. Талант, творчество, вдохновение в современной действительности нуждаются в защите со стороны государства, и мы, музыканты и любители музыки, надеемся и рассчитываем на Ваше участие в этом благородном деле!