Хочу сразу сказать, что мне Небольсин понравился, И я считаю, что он победил заслуженно.

Но мне показалось, что зал он не увлек.

Даже не в том дело, что ему менее бурно аплодировали, чем Руденко.

Не было в зале той напряженной тишины, которая была на концертах СТР.

Ну, слышу голоса, уже сто раз сказали, что уровня Рихтера сейчас музыкантов нет.

Но я не про уровень.

Мне показалось, что и задачи такой не ставилось.

И что с этой стороны выступления никак не оценивались, в том числе и на этом форуме.

И вообще замечаю я у профессионалов музыкантов (может, это моя мнительность) некоторое пренебрежение к рядовой публике.

"Кому дано, тот поймет" – мысль, высказанная в различных вариациях на форуме неоднократно.

Но есть оратор, который своей интонацией (не криком!) сразу привлекает внимание слушателей, а есть человек, который высказывает очень хорошие, интересные мысли, но привлекает внимание только узкого круга специалистов.

Можно ли сказать, во-втором случае, что только публика виновата в том, что она не поняла выступление. Мне кажется, если человек выступает перед большой аудиторией, он должен стараться эту аудиторию увлечь.

Это в полной мере относится к музыкантам-испонителям. Еще могу допустить, что композитор может сочинять "для вечности, для будущего".

Я не хочу сказать, что исполнитель должен опускаться до дешевых приемов, показной эмоциональности или голой виртуозности.

Я посещал концерты СТР молодым человеком, не очень много понимающим в музыке.

Но с первых же тактов возникало чувство, что нельзя пропустить ни одного звука, и ощущение, что весь зал находится в таком же состоянии.

Какое-то напряженное духовное поле.

Я не знаю за счет чего это возникало, но кажется мне, что такого не может быть, если исполнитель к этому не стремится.

Боюсь я тенденции превращения концертов академической музыки в узкоэлитарный клуб, где профессионалы играют для профессионалов. Плохо это может кончиться.

Еще одно замечание с конкурса. Молодежь была (в том числе участники форума), но основная масса – люди пенсионного и предпенсионного возраста. 30 лет назад публика была явно моложе. Мне кажется, что эти проблемы взаимосвязаны.

Чувствую, сейчас от меня мокрого места не оставят.