"Кольцо нибелунга" и его интерпретации.

[Nadejda]

Мне кажется надо смотреть на его произведения с позиции того, что мы сегодня знаем о мироздании и развитии.
<...>
Но каждое поколение способно внести в них новое понимание с высоты прошедших лет и структуры момента на сегоднешний день.

Конечно. И я не случайно столько здесь говорил о "современности" и актуальности. Но, похоже, не вышло у меня адекватно всё изложить.... Придётся забираться в ещё большие дебри, а с этим у меня не очень, теоретической подготовки не хватает. Как-то интуитивно это всё предельно ясно, а вот на рациональный язык не переводится... Ещё когда я только начинал слушать Вагнера, не зная принятых истолкований (в том числе авторских ), как абсолютный der reine Tor, я как-то сразу всё это ухватил - и судьбу как объективную силу, и всю немыслимость - совершенно закономерную - искупления "свободными героями", и трагедию Вотана, его столкновение с высшими силами, и иссякание бытия, имеющее вид расцвета и избытка сил, наконец, саму объективную реальность во всей её значительности, настигающую окончательно отпавшего от подлинного бытия "свободного человека" на самом пике его хвастливой самоуверенности и внешней неуязвимости. Надо только различать (ИМХО), что на самом деле показано и как это названо.
Я никогда не придавал большого значения этой "власти золота" и "отречению от любви" - это лежит на поверхности, но и только. Не золото и не властолюбие, и не любовь, являются здесь глубинными движущими силами, а нечто гораздо более значительное и более "объективное". Как бы внутренняя логика самого бытия, действительно судьба. "Зла" же здесь просто нет - как, впрочем, и "Добра", высшая реальность просто не описывается в таких категориях. "Добро"-"Зло" - это вообще понятия низшего уровня. То-то в "Кольце" как только речь заходит о "зле", начинает попахивать комиксом - или же чернухой, если интерпретировать, например, происходящее как торжество Зла над Добром. Когда мне приходилось читать нечто в том духе, что вот как всё было хорошо, появились совершенные "свободные люди", уже почти наступило светлое будущее, а тут вселенское зло извне вмешалось и всю малину испортило - то мне в таком раскладе "Кольцо" (главным образом именно ГБ) стало казаться триумфом пошлости, какой-то плоской мелодрамкой либо комиксом. После такого чтива я даже некоторое время слушать само произведение не мог, до того поперёк души становилось....
Не "зло", а сама объективная реальность с её неумолимой логикой является ИМХО движущей силой в "Кольце". В моральных категориях, повторюсь, она не описывается (для сравнения - не назовём же мы добрыми или злыми объективно данные законы физики). Главным же конфликтом ИМХО оказывается столкновение субъекта с этой реальностью. И тут действительно обнаруживается нечто очень актуальное - как бы мифологизированная история европейского человечества с его "фаустовским духом" и волей к власти - не в смысле банального властолюбия, а в смысле самоуверенных претензий на то, чтобы стать полным хозяином над природой, жизнью и судьбой. Сначала Вотан ретиво наводит в мире порядок, в полной уверенности, что может всё обуздать и подчинить своей воле. Показательно, что когда появляется Эрда, он спрашивает, кто она - значит, он просто и не подозревал о существовании силы, которая выше его. Также не принимает он всерьёз проклятие Альбериха - с моей точки зрения не какое-то "зло", а естественную и объективную реакцию самой реальности на грубое насилие над ней, вызванное, добавлю, недооценкой её силы. А безнаказанно такое самоуверенное пренебрежение не проходит - вот и "проклятие", вызванное не вселенским злом, а самой логикой вещей. Говоря языком советской эпохи, "жизнь накажет"..... После осознания высшей реальности и её силы Вотан сначала пытается взять ситуацию под контроль, исправить всё - но безуспешно. Тогда он приходит к осознанию своей обречённости - и обречённости своего мира. Правда, из разговора с Эрдой как будто следует, что он возлагает надежды на Зигфрида. Вот чистая иллюзия Нового времени - связывать большие надежды со "свободным человеком"! Однако когда "свободный человек" разбивает копьё Вотана (законы, договоры, установления...), то Вотан велит срубить мировой ясень и пустить его на дрова для Валгаллы... Значи, ему ясно, что этот "свободный человек", в щенячьем задоре сломавший старый порядок без понимания того, что сделал - это начало конца...
Появление этого "человека будущего" тоже абсолютно закономерно. Это результат всё нарастающего отпадения от высшей реальности, от "объекта". Это и неумолимая деградация. Вотан пытался подчинить мироздание своей воле. Зигмунд противопоставлял себя "устоям" - в его случае это был сознательный героический протест, бунт индивидуума против высших сил, героический и трагический. Зигфрид же, "свободнейший", высшей реальности уже вообще не замечает, она для него не существует. Он уже лишён всякой определённости, это "человек будущего" - об этом я уже писал. "Удовольствие" - единственное, чему он смог научиться с Брунгильдой, тогда как её исконная мудрость впрок ему не пошла - хуже того, она сама её лишилась, замороченная этой пустой, ничем не отягощённой "лучезарной любовью, лучезарной жизнью" (да, "лучезарности" у поверхностного лже-добра предостаточно). Но высшая реальность его настигает - руками Хагена, который и есть здесь воплощение судьбы. Я это почувствовал ещё тогда, когда слушал, не всегда понимая слов и в большей степени отталкиваясь от музыки - насколько значителен именно Хаген, почти каждое его появление производит впечатление прорыва каких-то глубинных сил, и каким легковесным рядом с ним выглядит Зигфрид, запоминающийся в ГБ разве что Траурным маршем, когда - что показательно - Зигфрид уже мёртв. Да и Брунгильда - в роли "свободного человека" она совсем не производит впечатления, самый же сильный момент с её участием - это финал ГБ, где к ней возвращается её знание. Без нестыковок тут, правда не обошлось - с этими обвинениями... Да, очень удобно свалить всё на какое-то "зло" и тем самым задним числом записать себя в "добро", невинно пострадавшее, не замечая в самих себе разрушительных сил. Похоже, что морок не до конца её покинул и даже сейчас в ней остаётся что-то от "человека будущего"... А для нас это "будущее" уже не будущее, а настоящее с его постмодернягой - для которого всё значительное несущественно, да ещё и "тоталитарно"... В общем, всё это может быть актуально в свете размышлений о судьбах цивилизации. Мифологические же аналогии придают происходящему особую значимость, архетипичность, что-то почти ритуальное.... Я даже начинаю думать, что нынешний кризис исполнительства связан именно с тем, что этой значительности уже либо не могут передать, либо вообще не чувствуют... Хотя чего требовать от периода упадка....

Вот так получилось с переносом (как бы в зеркальном отражении)

[Nadejda]

А вот первая реакция уважаемого Hagen на тот мой обзор, что в самом начале этого потока:

Спасибо, Надежда! Прочитал. Как Вы обстоятельно всё описали! Если бы мне приходилось писать отзывы на подобные постановки, я бы быстро скатился на экспрессивную лексику... Да и здесь сейчас буду злопыхать. Хоть и трудно обсуждать то, что не видел живьём, но если отталкиваться от Вашего рассказа, то эта постановка вряд ли что-то бОльшее, чем претенциозное убожество. То, что такое можно вытворять в Ковент Гарден, - и что вытворяющий такое режиссёр оказывается модным, а не прогоняется отовсюду со свистом и улюлюканьем, - наводит на весьма печальные размышления....
Должен сказать, что сам я не такой уж закоренелый традиционалист и консерватор, а моё восприятие "Кольца", пожалуй, в некоторой степени еретическое. Хотя при виде ТАКОЙ ереси понимаю, какой ещё на самом деле ортодокс .
В общем, кажется, моё первое впечатление от фоток было абсолютно верным - из всех сделали клоунов... За известного персонажа - режиссёру большой помидорище лично от меня . Потом, всевозможные выверты непонятного назначения. "Действие без причины", если воспользоваться выражением самого Вагнера. У меня вообще с некоторых пор сложилось убеждение, что большинство модернистских фокусов, имеющих вид намёков на какой-то "глубокий смысл", на самом деле имеют функцию, так сказать, "оживляжа" - чтобы хоть чем-то поддерживать внимание публики в случае дохлого пения и дохлой музыкальной интерпретации. Ну или лавры Шеро кому-то покоя не дают. Видимо, все хорошо помнят, как посредственное "Кольцо" Булеза вошло в историю именно благодаря скандальной (для своего времени) постановке Шеро. Сегодня, правда, все выверты, как и эти ставшие уже чуть не правилом современные костюмы (как они ещё не осточертели?), уже скандальными не кажутся. Зато есть гарантия, что зритель, пока он голову ломает над "глубоким смыслом" или пребывает в шоковом состоянии, уж точно не заснёт. Раз нет таланта поддержать интерес публики именно музыкальной интерпретацией и петь на должном уровне, а не на трояк, то приходится прибегать к таким средствам "оживления". Вроде как кувалдой по голове.....Какую-либо более глубокую оправданность для этих выкрутасов найти трудно. Если кто-то будет долго таращиться остекленелым взглядом в зал, то это произведёт впечатление - независимо от того, есть в этом смысл или нет. Если герои будут валяться на матрасе, изображая любовь (рецензию на "Зигфрида" я тоже прочитал), то это подействует - на рефлекторном уровне. И если в финале устроить пиротехническое шоу в духе, пардон, концертов Rammstein, то это надолго запомнится....
То, что тянет на какую-то концептуальность, тоже, честно говоря, кажется надуманным, да и возмутительным просто.... В общем, нахожу это всё полным надругательством. Простите, если был слишком резок. Прочитать Ваш отзыв в любом случае было очень интересно. Но насколько я понял, Вы изменили своё отношение к этой постановке в лучшую сторону?

Уважаемый Хаген, я не то, чтобы изменила отношение к этой постановке. Но, по мере написания и вспоминания каждой деталей (а я старалась не упустить ничего и всё же упустила), у меня появилось ощущение, что не стоить так все огулом охаивать у этого Кейта Варнера (Вэрнера?). Я начала чувствовать какой-то смысл в его заморочках (или загадках). Искать на них ответ. И меня это увлекло настолько, что теперь хочу сходить и на ЗР и на Валькирию. В своё время не попала. Тут надо воспринимать всю тетралогию. Тогда станут более ясными идеи постановщика. А они у Кейта безусловно есть. Это не Шеро, который просто одел всех в современные костюмы и интерьеры. И даже мой любимый Купфер с Баренбоймом задали куда как более простые шарады. Кроме того, пока писала отклик, выяснилось, что Кейт Варнер - тот самый режиссёр, который несколько лет назад поставил в КГ "Воццека". Спектакль до сих пор пользуется огромным успехом у зрителя. В прошлом марте прошёл уже 50-й его показ. Народу было - яблоку негде упасть. Я на нём была и тогда пришла к выводу, что режиссёр гениальный, если после спектакля впору было пойти и утопиться в Темзе. Приступив к описанию ГБ, я только тогда осознала, что оба режиссёра - один и тот же человек. Я попыталась найти рецензии, думая, что критики должны были понять то, что не поняла я. И вот, что писал Эдвард Секерсон в "Индепендент":

"Вдумчивая, вызывающая, порой захватывающая постановка Кейта Варнера обрела ясность по мере своего продвижения к «закату богов». Единственное нарекание вызывает то, что в ней слишком много идей, из которых некоторые более ясные и целенаправленные, чем другие. Возможно потребуется время, чтобы полностью докопаться до них. Этот "Закат богов", подобно путешествию Зигфрида по Рейну, отправляет нас за новым открытиями. Альпинисткие верёвки означают огромные высоты, на которые надо взобраться, и непостижимые глубины, куда проникнуть."

Вот так, не больше и не меньше. Про альпинисткие верёвки, это он здорово придумал. Если помните, в моём сообщении они вызывали у меня недоумение, как и многое другое. Но вот с фигуркой золоченного Оскара в руках Гутруны, наше представление с критиком совпали. Только неясно, при чём тут Оскар? Также совпало ощущение от зазеркаленного дворца Гибихунгов, оставляющего вполне определенное ощущения закрытого общества. Я почувствовала даже больше, это не только властьимущие в своём ограниченном и узком мире, это квази-тоталитарная система, где фюрер - Хаген. Работу Томлинсона критика называет magnificent, сравнивая его Хагена с "бесчестным маклером" - ловким, педантичным, щеголеватым. Я с такой интерпретацией совершенно не согласна. У Томлинсона Хаген порочен насквозь. Ощущается дебильность на генетическом уровне. Но он далеко не дебил. Он фюрер, предтеча Сталину, Гитлеру и им подобным. Я так его восприняла. Это не клоун, это гораздо страшнее. То, как Зигфрид после физической смерти встает и на музыку Траурного марша идёт по висячему мосту, интерпретируется как жизнь после смерти и желание отдать Кольцо Брунгильде и в конечном итоге, русалкам. То есть то, чей смысл не доходил до него при жизни. Ещё я забыла написать, что в сценах Брунгильды и Зигфрида вся сцена почему-то подсвечена желто-золотистым светом. В путешествии Зигфрида по Рейну его всё время сопровождает ворон Вотана, которого убивают в сцене убийства самого Зигфрида. А уже в самом финале, на лейтмотив "искупления любовью" сверху спускают огромное кольцо и на нём стоит фигура девушки в позе символа "человеческого бытия". Ну это объяснять не надо - новая цивилизация на развалинах старой (это было и у Шеро). А вот рыжего дядьку с пролысиной и остатком копья Вотана в сердце, мне никто пока так и не объяснил.

Дорогая Надежда, я прочитал всё ещё раз с учётом Ваших добавлений. Приняв во внимание собственные еретические взгляды и вообразив, каким бы был у меня (будь я режиссёром) "Лоэнгрин", решил отнестись к этой постановке поснисходительнее.... Но всё же... Все эти заморочки и "загадки", этот напущенный туман, создающий видимость глубокомыслия, по-моему, о гениальности отнюдь не свидетельствуют. Это ИМХО фокусничанье и трюкачество весьма невысокого пошиба. Мне упорно вспоминались ядовитые пассажи Ницше в "Казус Вагнер" - похоже, усилиями модернистов все его слова о Вагнере как о Калиостро, о "сшибании с ног" и дешёвых приёмах, заставляющих "что-то чуять", окажутся абсолютной правдой.
Вот взять хотя бы эти альпинистские верёвки.
Цитата:

Альпинистские верёвки означают огромные высоты, на которые надо взобраться, и непостижимые глубины, куда надо проникнуть.

Пусть убьют меня все поклонники авангарда (если такие здесь найдутся ), но это надуманная чушь. С претензией на глубину. Кажется, весь нынешний авангард "выезжает" на этой трюкаческой способности объявлять глубокомысленным любой хлам. Придавать ничему - видимость "чего-то". Прямо по Ницше - "сшибить с ног" и заставить "что-то чуять", хотя чуять там нечего на самом деле. Можно, например, сделать несколько больших ляпов краской на стену - и находить в получившемся Бог знает какие высокие материи. Да можно и просто взять лист бумаги, пробить в нём кулаком дыру и назвать это дырою в вечность. Было бы только желание. Только всё это трюкачество и прикрытие полного убожества. ИМХО.
Какие-то идеи у режиссёра, несомненно, были, но они легко тонут в этой авангардной ерунде. Да и слишком неясны (что опять же наводит на мысль о пустопорожнем трюкачестве - при наличии ясной концепции нагнетать непонятность незачем).

Теперь о более частном и субъективном . Что касается "порочности насквозь". Чрезмерное нагнетание порочности, да ещё с дебильностью - как раз верное средство превратить персонажа в комическую фигуру. Ведь даже фюреры, если их "опускать" ниже нижнего методами окопной пропаганды, перестают быть страшными и делаются смешными. Или же этакими Бабайками, которыми разве что детей непослушных пугать. На этот счёт я в самом произведении нахожу большой перехлёст. Хаген из умного, хладнокровного интригана, преследующего определённые цели и имеющего для них вполне убедительную мотивацию, под конец превращается в совсем лубочного злодея, вытворяющего непонятно что и теряющего всякую убедительность. Ему недоставало только прямым текстом спеть что-то в духе "я ужаснейший злодей, всем известный Бармалей". Когда автор заставляет его ещё и Гунтера убить, то лично на меня это производит комическое впечатление - прямо как в американском киношном ширпотребе, где "плохому парню" столько всего навешивают, что он превращается в карикатурного бяку, а всё происходящее окончательно перестаёт восприниматься всерьёз.
Если вернуться к постановке, то при прочтении я обратил внимание на следующий момент, поначалу как-то упущенный. Известно, что Хаген убил Зигфрида тем самым копьём, на котором он и Брунгильда клялись. В этой постановке они клянутся на обломке копья Вотана. Значит, и убит был Зигфрид обломком копья Вотана? Если так, то это единственный момент, который я целиком и полностью одобряю!!!! Непонятно, прада, как это может соотносится с постановкой в целом, но моим еретическим представлениям идеально соответствует!

[Nadejda]

Если вернуться к постановке, то при прочтении я обратил внимание на следующий момент, поначалу как-то упущенный. Известно, что Хаген убил Зигфрида тем самым копьём, на котором он и Брунгильда клялись. В этой постановке они клянутся на обломке копья Вотана. Значит, и убит был Зигфрид обломком копья Вотана? Если так, то это единственный момент, который я целиком и полностью одобряю!!!! Непонятно, прада, как это может соотносится с постановкой в целом, но моим еретическим представлениям идеально соответствует!

Да, получается именно так. Даже на фотографиях видно - перед клятвой на копье на заднике фигура бога с копьём. От этого-то копья Хаген и отламывает верхушку, на которой клянутся Зигрфрид И Брунгильда. Им же и убивает. А на последней картинке, "жертвоприношения", где Брунгильда со скульптурой Вотана, у того уже верхушки копья нет. И тогда у меня снова вопрос - кто тот рыжий дядька, которого в финале поднимают из преисподни. В его груди обломок копья, торчит парямо из сердца. И он падает замертво. Правда я запамятовала, где острие. То есть, если острие наружу, то он был убит со стороны спины. Тогда это кто, может быть Зигфрид? Но уж совсем не похож. А если острие внутри, то этот человечек был пронзён спереди. Тогда что это за копьё и как на него напоролся этот рыжеволосый? И почему он рыжий? Рыжим мог бы быть Логе. Но кто его мог убить? А почему Вам нравится этот разворот с копьём Вотана? Ведь на нём были врезаны руны - законы, которые не мог перешагнуть сам Вотан (например в Валькирии). Как всё это понимать?

Только вот в отношении Хагена, мне кажется, Вы неправы. Он совсем не лубочный злодей. А тот самый, страшный властолюбец, который появлялся в истории с определённой регулярностью, чтобы повелевать народами, устраивать мировые войны, губить миллионы людей. Они все были до некоторой степени психопатами с навязчивыми идеями, безнравственными уродами, вместе с тем часто по-своему очень одарёнными. Дебилы - не потому, что извилин не хватает, а потому, что бесчеловечны как хищные звери, ведомые животными инстинктами. Их общая особенность - магическое воздействие на огромные массы людей, попадавших под их гипноз. Их превозносили, а позже свергали и даже выбрасывали из могил - Кромвель, Наполеон, Сталин, Гитлер, Муссолини. Да мало ли их знала история? Мне кажется, что Хаген в этой постановке задуман именно подобным этому историческому архитипу.

Насчёт Хагена всё же остаюсь при своём - ну Бармалей и всё! Как-то ИМХО он не вполне проработан, а под конец совсем убедительность теряет... К тому же это едва ли не единственный случай среди персонажей Вагнера (разве что ещё с Гутруной подобная беда), когда вагнеровский герой оказывается неизмеримо более бедным, плоским, примитивным и просто неубедительным, чем его литературный прообраз (которому в Германии, кстати, даже памятник стоит ). А уж фюрера из него делать и порочность нагнетать... Даже заставить Гутруну "заваливать"... У меня это ассоциируется только с голливудским ширпотребом и его карикатурными "плохими парнями" (тоже, кстати, часто имеющими вид этаких фюреров ).
Меня вообще забавляет эволюция этого персонажа - от абсолютно положительного героя наиболее ранних источников до немыслимого злодея. Причём число злодейств что-то растёт. Я в прошлом году смотрел фильм "Кольцо Нибелунгов" (2ю серию), так там Хаген до кучи ещё Альбериха убил. Интересно, что заставят его как "плохого парня" в следующей версии сделать? Должно быть, сделают главой международного терроризма . Вам, кстати, этот фильм известен? Тоже в своём роде "гениальная" интерпретация. За основу там взяли именно вагнеровское "Кольцо", добавили немного из эпоса и очень много - из банальной голливудской кинопошлятины. Получился полнейший отстой, мягче не скажешь. Вот, к примеру, такой момент. У Вагнера Зигфрид и Гунтер братаются кровью. Делают надрезы на руке... А как это возможно, если Зигфрид - неуязвим? Как он мог себя порезать? Вагнеру это в голову не пришло - как не приходит в голову большинству тех, кто слушает или смотрит ГБ. Я сам этого никогда не замечал. А вот режиссёр фильма это дело додумал. Зигфрид режет-режет себе руку, но без толку. Тогда он с улыбочкой (надо было ещё видеть этого субъекта, особенно когда он улыбку изображал!) прямым текстом говорит Гунтеру, что неуязвим и что у него только одно уязвимое место. И суёт кинжал самому себе за шиворот. Хаген в это время шпацирует на заднем плане и "подсматривает". Я в этом месте не то что смеялся - просто ржал как конь. Даже сильнее, чем в той сцене, когда Зигфрид и Брунгильда эффектно висели над водопадом на ледяной скале .

Цитата:
Сообщение от Nadejda

А почему Вам нравится этот разворот с копьём Вотана?


Дело тут не конкретно в самом копье, а вообще в том, как с моей точки зрения (с авторской не во всём совпадающей ) следует воспринимать гибель Зигфрида, да и вообще всё происходящее в ГБ (и "Кольце" в целом). Но, боюсь, в двух словах это не объяснить - больше вопросов останется. Так что придётся излагать свою "ересь" более-менее подробно, но сходу мне это сложновато. Могу попробовать выложить это завтра или послезавтра - если, конечно, Вы не будете возражать .

Вот так удалось перетащить, к сожалению не в том порядке как было.

[Wagnerian]

Почему признаки? Брунгильда приходится Зигфриду сводной теткой. Так, кажется.
А тема инцеста у германцев, видимо, просто расхожая. В Докторе Фаустусе Манн рассказывает легенду о брате и сестре близнецах (правильнее - двойняшках), потом берет ее сюжетом для своего Избранника. Музиль всю втоую книгу Человека без свойств строит на поиске Ульрихом второго себя в сестре-двойняшке.
Вообще-то христианство, которого не чужд был Вагнер (Парсифаль) ищет самого себя в Боге. С ним соединяется как целое.

Дорогая До ля, могу привести множество других примеров символики инцеста в самых разных мифологических традициях (не только у германцев) и их художественных преломлениях. На эту тему существует обширнейшая литература. Но ведь тут речь идет о вагнеровской концепции, в которую всё вместе не сольёшь.

[Hagen]

Большое Вам спасибо, Надежда! Честно говоря, никак не ожидал, что Вы возьмётесь за это перетаскивание. Я-то сам свои писания не сохранял ....

На гея он действительно смахивает. Но вот другой рецензент, Кати Барнес, углядела где-то в отношениях Гунтера и Гутруны признаки инсеста.

Что-то бедная Гутруна в этой постановке вообще чёрт-те чем оказывается - она и с Зигфридом, и с Хагеном, и с Гунтером...
Что до инцеста, то его символика очевидна в отношениях Зигмунда и Зиглинды. Но к чему это у Гунтера у Гутруны? Разве что пикантности ради.... Впрочем, и намёки на возможное "гейство" тоже... Я почему на это так отреагировал - получил недавно стресс по полной, попав случайно на один специфический сайт, где "просветился" об отношениях своего любимого эпического героя с его другом шпильманом Фолькером...Вот жуть! Конечно, Хаген любил Фолькера, а в юности Вальтера-аквитанца, но не в таком же смысле!!! Но, похоже, в наше время любовь понимают исключительно как половые отношения - при таком подходе и у Вагнера полно кандидатов в геи и кровосмесители...

Но вообще должен сказать, что сильно ругаться на Вэрнера уже не хочется - после того, как прочитал про мариинское "Кольцо" с какими-то людоедами тумбо-юмбо в листьях и боевой раскраске...

[Nadejda]

Большое Вам спасибо, Надежда! Честно говоря, никак не ожидал, что Вы возьмётесь за это перетаскивание. Я-то сам свои писания не сохранял .... ...

Не очень всё хорошо получилось и не в той последовательности. Но, как сумела, так сделала. Главное, основные моменты по поводу этой постановки сохранены и собраны в одном месте. Вообще-то, я вынесла постановки "Кольца" в отдельную тему, поскольку их сегодня много и эту тему можно продолжать по мере поступления новой информации. Так, в конце года я надеюсь увидеть постановку Гергиева/Цыпина из МТ. Они собираются показать всё своё "Кольцо" в Кардиффе. Надеюсь поехать. Тогда можно будет вернуться к данному потоку, поскольку здесь, в отличие от других форумов, темы не пропадают и их всегда можно реанимировать. Ну и сейчас может кто поделится известными ему версиями. Я полагаю, что очень интересная версия у Купфера. Я её уже рассматривала где-то, но давно. Можно и о "Парсифале" поговорить. Там среди режиссёрских работ есть такие "перлы", что волосы на голове встают дыбом.

Что-то бедная Гутруна в этой постановке вообще чёрт-те чем оказывается - она и с Зигфридом, и с Хагеном, и с Гунтером...
Что до инцеста, то его символика очевидна в отношениях Зигмунда и Зиглинды. Но к чему это у Гунтера у Гутруны? Разве что пикантности ради.... Впрочем, и намёки на возможное "гейство" тоже...

Это точно, чёрт-те чем. Недаром она поклоняется Фрейе. Когда впервые у Вэрнера видишь Гутруну и Гунтера , то полное ощущение (и не только у меня), что первая б......, а второй - голубой. Но никаких указаний на инцест между ними я не усмотрела, в отличие от Кати Барнес. Зато она не заметила, что Гутруной совершенно недвусмыслено пользуется Хаген. Там целая сцена между ними на диванчике, когда Зигфрид и Гунтер уходят похищать Брунгильду. Кати что-то напутала, я думаю.

[Hagen]

Нормально всё получилось . Тоже надеюсь, что ещё кто-нибудь поделится своими соображениями. Мне вот несколько отзывов на мариинское "Кольцо" в интернете попадалось - так я просто в ужасе .

Кати что-то напутала, я думаю

Немудрено напутать, когда сам режиссёр столько всего понапутал и понамутил .

И о "Парсифале" хорошо бы поговорить - может, отдельной темой?

[Nadejda]

Вот наконец-то благодаря ВВС появилась возможность собрать воедино все части тетралогии, показанные Ковент Гарден в 2005-2006 в версии режиссёра Кейта Вэрнера.

Сегодня в мире существует не менее 2-х десятков оригинальных постановок. В одной лишь Европе свои версии полного «Кольца» показали театры Берлина, Мюнхена, Кёльна, Дрездена, Дюссельдорфа, Дортмунда, Вены, С. Петербурга, Парижа, Копенгагена, Будапешта, Вроцлава. Лондонская версия «Кольца» предложена Кейтом Вэрнером, известным режиссёром-авангардистом. Она была также осуществлена на сценах других континентов, в частности в Японии и Ю.Корее.

Когда писался очерк о "Гибели богов", а до того о "Зигфриде", то я выражала надежду, что кое-какие загадки постановщика разъяснились бы, если слушать и смотреть всё "Кольцо" от начала до конца. Сейчас после того, как удалось ознакомиться с "Золотом Рейна" и "Валькирией", многие детали оказались увязаными, тем не менее легче от этого вряд ли стало. Вэрнер привержен к многозначительным символам. Чтобы прочесть их надобны не только знания германского эпоса, но и изрядная фантазия. Эти символы прослеживаются через всю тетралогию. Она как бы замешана на единой идее. Если слушатель не знаком с первыми операми, то ему остаётся многое непонятно и в финале. То же отмечала и известный рецензент Катя Барнес, в июньском бюллетене Вагнеровского общества Лондона (Wagner News, No 174, June 2006), то есть, что из-за этих символов невозможно до конца понять все намерения постановщика и было бы легче следить за оперой, если бы зрителя не отвлекали беспрерывно дополнитнльными визуальными деталями.

Поэтому, чтобы не открывать отдельную тему, ниже даю описание "Золота Рейна" и "Валькирии", затем отправляю читателя к "Зигфриду":
http://forums.lifanovsky.com/showthread.php?t=4533&highlight=%C7%E8%E3%F4%F0%E8 %E4
и далее к "Гибели богов" в начале этой темы.

[Nadejda]

В «Золото Рейна» закладывается весь сюжет тетралогии. Поэтому персонажи, мизансцены, реквизит – всё здесь наполнено особым смыслом, на который делается акцент позже, в последующих частях тетралогии. Этот смысл был порой глобального масштаба. Начало оперы отождествлялось с космогонической гипотезой «большого взрыва». На музыку вступления была дана проекция на экран, где по всему заднику сцены Вселенная разлеталась на центробежно разбегающиеся куски. После этого начиналось вращение с образованием планет. Затем, как и положено по науке, появлялась вода. То есть, сцена на дне Рейна с голыми русалками. Альберих плывёт в лодке, правда, неясно откуда и куда. Символу лодки Вэрнер придаёт какой-то многозначительный смысл, так как и позднее Альберих и его лодка связаны по действию. Сцена соблазнения русалок идёт в мизансценах современного кино, которые даже детям смотреть не рекомендуется. Чистый Фрейд –секс имманентное свойство всего живого, в том числе в основе человеческой природы. Крик ужаса русалок, в момент похищения золото, почему-то не прозвучал.

Непонятно откуда появляется Вотан. Он в шубе из волчьих шкур и весь залит кровью, что вытекает из его правого глаза. Здесь прямое указание, что он только что испил из источника мудрости, отдав за это свой глаз. Вот цена человеческого интеллекта, который несёт в тетралогии Вотан. Помудревший, он начинает строить общество справедливости и закона. В частности, оберегает великанов Фазольта и Фафнера от высшего гнева. Ведь боги в ярости, так как надо платить за построенный великанами дворец. Но, денег нет. Приходится отдавать Фрею с её золотыми молодильными яблоками. А это означает потерять вечную молодость и начать быстро дряхлеть. Выход находит хитрый Логе – бог огня. Кстати, тот самый рыжый мужик, что появлялся в апафеозе "ГБ", когда всё горело и полыхало, и впрямь был Логе, как мы и предполагали ранее. Он знает где взять золото – надо спуститься под землю, в Нибельгейм, где рабы-нибелунги день и ночь работают на своего хозяина Альбериха. Из похищенного у Рейнских русалок золота он сковал Кольцо, которое даёт неограниченную власть над миром.

Вся сцена в Нибельгейме далеко не для слабонервных. Сдаётся, что Кейт Вэрнер тронулся умом, насмотревшись фильмов о докторе Лектере с гениальным Энтони Хопкинсоным. Ни в одну здоровую голову не придёт показывать такие жестокие картины ужасов, которые не то концлагерь, не то камера пыток, не то анатомический театр. Везде останки человеческих тел, порой разложившихся и обезображенных. Тут же тела с трепанированными черепами, из которых вылезает мозг. Некоторые привязаны к реанимационному оборудованию, окутаны трубками и шлангами. Все ведут себя как идиоты, наподобие жертв доктора Хаса из «Мёртвого сезона». На гинекологическом кресле привязано тело голой женщины, используемой для определённых целей. Всем этим хозяйством заправляет Миме – большой «учёный» во многих областях. Вон, даже самолёт почти изобрёл. И шлем-невидимка, не какой-нибудь, а в форме кубика-Рубика. Короче, идея на поверхности – все эти «рубики» на службе у зла. Почти фашизм. Сцена полонения Альбереха сделана смешно – когда тот правращается в жабу, то Вотан хватает её за лапы, закрывает в чемодан и таким путём уносит прочь. Последний акт после всех ужасов Нибельгейма почти не воспринимается. Даже зловещая сцена проклятия Кольца в исполнении Гунтера фон Канна не прозвучала так, как следовало бы ожидать. Ещё один символ, который появится позже в «Гибели богов» - золотая фигурка Фрейи. Она извлекается из той груды золота, которое заплатили как выкуп богини. Ею же Фафнер убивает Фазольта, разможжив тому голову этой золотой болванкой. Наконец, боги свободны и могут шествовать в Валгаллу. Для этого сверху спускаются 5 верёвочных трапов и боги, подобно юнгам-матросам лезут по ним вверх. И только Вотан остаётся на Земле, бросаясь в объятия к Эрде. Видимо Вэрнер полагает, что неискушённый зритель не поймёт откуда у Вотана появились 9 дочерей. Надо же когда-то успеть их сделать, назло бесплодной Фрике. Иначе, мы никогда не узнали бы, что было в «Валькирии» и как появилась Брунгильда.

Вокал обсуждать нет необходимости, так как все поют очень плохо.
Вотан – Брин Терфель, Логе – Филип Лангридж, Альберих – Гюнтер фон Каннен, Миме – Герхард Зигель, Фрика – Розалинда Плаурайт, Фрея – Эмилия Маги, Эрда – Джейн Хеншель, Фазельт – Франц-Жозеф Зелиг, Фафнер – Филип Энс, Фро – Вилл Хартман, Доннер – Джеймс Рузерфорд, русалки: Сара Фокс (Воглинда), Лайра Кродникайте (Флосхильда), Хизер Шипп (Вельгунда). Дирижировал Энтони Паппано.

[Nadejda]

Когда разговор идёт о «Кольце», то многие отмечают, что «Валькирия» самая лучшая часть тетралогии. Я тоже так думаю и могу объяснить почему. Во-первых, это очень динамичное произведение, как в драматургическом, так и в музыкальном отношении. Во-вторых, там захватывающий расклад в плане главных действующих лиц. Два треугольника. Один из них тривиальный: Зигмунд-Зиглинда-Хундинг, особую окраску которому придаёт лишь то, что Зигмунд и Зиглинда оказывается связаны кровными узами. Этому инцесту почему-то всегда уделяют большое внимание. Лично мне кажется, что тут и особо обсуждать нечего. Особенно, в Англии, где сегодня узаконен брак между гомосексуалистами. В конце концов, согласно христианству, весь род людской в той или иной мере братья и сёстры (на замкнутых пространствах, особенно). И если есть что предосудительное, то это касается больше биологических проблем, а не морали. Второй треугольник – это Вотан-Брунгильда-Фрика, который так или иначе переплетается с первым. Третье, что очень захватывает в опере, это система философских воззрений – очень многогранная и непростая для понимания. Если рассматривать либретто оперы как легенду или сказку, то задача упрощается. Но ведь, сказка ложь, да в ней намёк». Наконец, сама музыка. «Валькирия», более чем другие оперы Вагнера, насыщена гениальными оркестровыми сценами.

1-й акт, начинающийся с тревожного вступления, вводит нас в жилище Хундинга. Это никакая не пещера, а вполне комфортабельный дом с современным интерьером, признаком которого явлются резные стулья, диванчики, изящные канделябры и другая утварь. Вся сцена опоясана огромным кольцом, спускающимся во фронтальной части справа налево. Оно будет постоянно зависать над сценой на протяжении всех трёх актов. Что оно означает, сказать трудно – то ли орбиты планет, то ли нечто типа колец Сатурна, то ли несущее проклятие кольцо нибелунга. В 1-м акте в кольцо воткнут Нотунг, который предстоит вытащить Зигмунду после его знаменитого «Вельзе! Вельзе!» Помощь от отца приходит через рассказ и озарение Зиглинды. Так же, как и осознание, что столь полюбившаяся ему жена Хундинга, Зиглинда – его сестра. Зигмунда поёт финский певец Йорма Сильвасти. Вполне приличный тенор. Хорошо исполнил Весеннюю песню. Вокально, погоды не испортил, но образ оставляет желать лучшего. Особенно, если сравнивать с другими участниками сцены. Шведская сопрано, Катариной Далайман (Зиглинда) и датский бас Стефан Миллинг, пожалуй, лучшие исполнители - и вокально, и сценически. 1-й акт прошёл без особых головоломок. В вокальном плане был самым приемлемым.

Во 2-м акте, опять жилище, опоясанное тем же кольцом. В центре гора сваленных книг. Выбитые окна и полное запустение, но мебель вроде та, что у Хундинга. Может это его разорённое гнездо, откуда убежали преступившие человеческий закон брат и сестра, совершившие инцест. Занимательно, что оба они в плащах, отделанных волчьими шкурами. Точно такими же как у Вотана. Беззаботно играет Вотан (Брин Терфель) со своей любимой дочерью Брунгильдой (австралийское сопрано Лиза Гастин). Им очень по душе вся эта ситуация с возникшей любовью в роду Вельзунгов. Прибывшая Фрика (Розалинда Плаурайт) прерывает их ликование. Она напоминает о законах, которые сотворил сам же Вотан и которым обязан подчиняться. Её упрёки в постоянной неверности мужа смущают Вотана настолько, что он обещает жене предать смерти своего сына Зигмунда. Диалог Вотана с Брунгильдой, где отец приказывает дочери отдать победу Хундингу, в смысловом отношении ключевое место в опере. Здесь заложена суть противоречий Вотана с самим собой. Почему он стал рабом своих же законов? Почему он несёт смерть и печаль всему, что ему дорого и любо? Почему он не может спасти от гибели им же созданный мир? Почему, движимый любовью, он не может создать нового героя, презревшего законы людей – надежду богов? Почему злобный Альберих, проклявший любовь, с помощью золота и обмана породил сына, от которого должен погибнуть созданный Вотаном мир бессмертных богов? Всё это непростые философские вопросы, требующие глубокого осмысления. Ясно, что они имеют отношение к проблеме смены цивилизаций и их гибели. Лично мне они не до конца ясны. И думаю, не мне одной. Исполнителям этой сцены – тоже. Я ни разу не слышала, чтобы этот монолог отчания Вотана вызвал боль и сострадание к нему. Порой кажется, что исполнители этой партии не понимают смысла озвученных слов. Потому они и не доходят до зрителя. У Терфеля, возможно, эта сцена сделана неплохо, но вокалом не насыщена. Голоса не хватает. Битва Зигмунда и Хундинга – кульминационный момент 2-го акта. Режиссёрски она несёт не совсем обычную нагрузку. В результате возникает вопрос - кто же убил Зигмунда? Явно, что не Хундинг. Ведь ему преграждает дорогу Брунгильда. А Зигмунд погибает от копья Вотана, которое тот собственоручно вонзает в спину сына. Значит Вотан – сыноубийца? А Хундинга он умервщляет от злости на самого себя?

«Полёт валькирий», открывающий 3-й акт, и последующий женский октет – своего рода символ оперы. Эту сцену всегда ждёшь с особым трепетом. Есть разные варианты постановок и исполнения. Из того, что приходилось видеть, лучше всего поставлено в МЕТ – к Валгалле слетаются восемь красивых воинственных дев, в сверкающих доспехах, при оружии. В постановке Шеро-Булез они волокут тела погибших героев, складывая трупы у стен дворца. Но то, что показал Кейт Вэрнер превзошло все мыслимые ожидания. Я назвала бы это сценой в женском отделении психиатрической больницы. На фоне белой сверкающей стены мечутся восемь созданий, перемазанных кровью, полуобнаженных, взлохмаченных, в рваных чёрных туниках. Все они со следами побоев, перекошенными от гнева лицами и сумашедшим взором. Таскают на себе останки человеческих тел – отрубленные ноги, руки, части туловищ. Огромные белые лошадиные черепа в руках у валькирий подразумевают, что они все всадницы. Брунгильда появляется через пролом в стене. Оттуда вываливается матрац с телами мёртвого Зигмунда и склонённой над ним в печали Зиглинды. Пожалуй, самым трогательным местом в этом акте было исполнение темы искупления проклятия любовью, что поёт Зиглинда, узнав, что у неё родится сын – будущий герой. Шведская певица, Катарина Далайман, оставила наилучшее впечатление среди всех исполнителей, особенно после этой сцены. У неё сильный голос очень красивого тембра. Этот отрывок она спела с большим вдохновением и экспрессией. Финальная часть, начиная с появления Вотана и до самого заклинания огня – тоже одна из наиболее сильных и хорошо известных сцен. Но особого впечатления она не произвела, прежде всего потому, что Брин Терфель не пел, а скорее декламировал всю партию. Немногим лучше была австралийка Лиза Гастин-Брунгильда, ни внешне, ни внутренне не отвечающая образу божественной дочери Вотана и богини Земли. Их финальный диалог, также как и очень важный диалог и рассказ Вотана в третьем акте, почему-то не тронули. Прощание с Брунгильдой Терфель спел мягко, по-отечески нежно, что вцелом было вполне приемлемо. Но далее, на заклинании огня, где надо было выдать всю силу эмоций и мощь, его слышно не было. Как и в финале «Гибели богов» (о чём позже) Вэрнер устроил на сцене маленький крематорий. По металлическим овальным кольцам, опоясывающим сцену на протяжении всех трёх актов, видимо был подан газ. Вотан поджигал его какой-то палочкой (а может и зажигалкой) и возникало кольцо натурального пламени. По бокам сцены на фоне красного занавеса появлялись фигуры восьми окаменевших валькирий. Брунгильда покоилась в центре кольца на маленькой, оббитой кожей софе, заимственной из дома Зиглинды.