Ваша любимая симфония Дмитрия Шостаковича

[Дирижер]

Многоуважаемый Виталиус, по - внимательнее послушайте финал 5-й симфонии ДДШ.Закройте глаза и слушайте.А потом поделитесь с нами своим впечатлением.Только мой Вам совет, абстрагируйтесь от того,чью запись Вы слушаете и воспринимайте только музыку.Безотносительно интерпретации того или иного маэстро . . .

[Джой]

По поводу пятой симфонии, я уже говорил , что ИМХО это производственная музыка .музыка роботов, машин , механизмов . . .(Я имею в виду финал )

Видишь — в поле трактор что-то пашет?
Видишь — из завода пар идет?
День за днем страна живет все краше,
Неустанно двигаясь вперед. (с)

[ing.a]

По поводу пятой симфонии, я уже говорил , что ИМХО это производственная музыка .музыка роботов, машин , механизмов? . . .(Я имею в виду финал )

Вот, честно..Не понимаю, где тут можно услышать "музыку роботов, машин и механизмов"..Каждая нота кричит и плачет.. О любви, тоске или одиночестве. Ну как, как здесь можно увидеть что-то политическое??!! Только если судьбы- растоптанные и сломленные той самой (любой) политикой..А финал? Увольте.. не вижу здесь никакого оптимизма, вопреки распространённому мнению: скрипки скребут по сердцу моему так, что слёзы на глаза наворачиваются..
зы: моё мнение сугубо дилетантское и личное ( с этой музыкой связаны очень грустные события..)

[viktorianec]

Хм, ну даже если оптимизм, а что плохого в оптимизме? Оптимизм - это недостаток произведения? Или отличительная черта великих симфоний - это тихие печальные позвякивания бубенцов в коде финала? Может быть, пессимизм - признак особой гениальности? Нееее, ребята, мне с вами не по пути

А если серьёзно, то мерить великие симфонии (5 и 9 Бетховена, 5 Чайковского, 2 Рахманинова, 5 и 7 Шостаковича и т. п.) в категориях "пессимизм-оптимизм" - это как-то слишком плоско и примитивно. В их музыке сказано намного больше.

[Джой]

По поводу финала 5-й ДДШ… В оптимизме как таковом разумеется нет ничего плохого. Вопрос в том что имел ввиду автор. Вряд ли он был бы счастлив узнеть что его поняли с точностью до наоборот. ДДШ тот еще шифровальщик … «Кю — допустимое в обществе ругательство, ку — все остальные слова». Те каждый интерпретирует его по-своему … Думаю что оптимизмом тут и не пахло. Просто по определению. Веселиться ему в то время поводов особых не было – живым бы остаться .Можно конечно предположить что он прогнулся и сочинил хвалебную индустриальную песнь Но почему-то приходят другие ассоциации.. Отряд не заметил потери бойца … Муравейник живет, Кто-то лапку сломал - не в счет, А до свадьбы заживет, А помрет - так помрет... Те полное безразличие к отдельно взятой человеческой судьбе ее бесценность ( в смысле – не стоит она ровным счетом ничего…) А Largo– это щемящая тоска страх боль одиночество грань всех человеческих сил – еще чуть-чуть и все. Какой уж тут наутро оптимизм.
ЗЫ От 5-й Чайковского у меня мурашки по спине маршируют стройными колоннами… Никакого оптимизма (тьфу ты вот заклинило на нем) в финале не слышу Мороз по коже…
ЗЗЫ

Или отличительная черта великих симфоний - это тихие печальные позвякивания бубенцов в коде финала? .

Догадываюсь на что вы намекаете... Да, она тоже великая
ЗЗЗЫ Еще раз оговорюсь что никоим образом не претендую на истину в последней инстанции Просто делюсь своими личными впечатлениями

[Beta]

Я позволю себе продублировать свой пост из "соседней" темы... Сначала-то я заглянул в эту тему, но, увидев, ограниченный (видимо, возможностями программа "опрос") список симфоний, перешел в тему "по назначению". Но сегодня решил и сюда тоже "встрять": тут как-то поживей, да и ограничений на номера симфонии ДДШ, кажется. нет. Повторюсь: написанное высказывается от имени персонажа некой повести. В прошлом (2010) году книга, где этот текст опубликован - вышла ("Галактический еврей" называется, автор - С.Белкин, то есть, я; ее можно найти в интернете и в "Библио-глобусе" в Москве):

-=-
(Фрагмент из повести «Мулька». Главный герой повести по прозвищу Паук, пребывая в одиночестве и добровольной изоляции, сам с собой размышляет о музыке.)

-=-
…Как же глупы и примитивны все эти музыковеды… Они все время из великого ДДШ (Дмитрия Дмитриевича Шостаковича – прим. С.Б.) пытаются сделать борзописца-фельетониста, который, чуть что, садится и строчит музыкальные фельетоны, памфлеты и жалобы потомкам на ужасный режим. И даже не алгеброй они поверяют гармонию, а указивками идеологических цензоров или духовными террористами из числа сиюминутных «властителей дум»: вот тут «фашисты наступают», а это вот – «сталинский гнет, тоталитаризм», а это вот – его протест против системы, а тута композитор хотел показать, как он страдал от…

Жуть полная. И эту недоумственную жвачку внушают студентам многих поколений…


Первая часть. Alegretto.

А что первая часть? Это радостное рождение, обретение душой тела, обретение телом жизни земной. Безмятежной и светлой. Жизнь и придумана для радости, танцев, улыбки, шутки. В ней нет ничего серьезного, не должно быть ничего серьёзного. Она прекрасна, она весела и игрива как марш Россини, который уже есть в этом звонком, мажорном мире, в котором предстоит жить! И обиды в нем легки – неглубоки и коротки. Нахмурить брови – достаточно, потом снова развеселый марш, лошадки, мундиры, аксельбанты…. «Игрушечный магазин»? – Да, «life is such an easy game to play ».

Но что это? – В этом мире есть и тревога! И зло! И ужасы! Кто это, что это там беснуется и ничего не боится?!

…А, да ладно – это где-то, а я – здесь, и я молод! Ах, Россини, ах, скачки, скачки, скачки! И пусть они тут рядом беснуются, может, и я в этом вихре покручусь, поиграю с ними вместе?
И деревянные молоточки мягко постукивают, но пока неясно – о чем? Разве «Вуд-бокс» это то же самое, что деревянный ящик, гроб?


Вторая часть. Adagio. Largo. Adagio.

Но, что это? Что они сделали, эти беснующиеся? Так это же Смерть! Скорбь. А жизнь-то, оказывается, конечна… И конец ее некрасив, несправедлив и горестен. Плачет, плачет душа-скрипка по ушедшим, и ужасный лик «той стороны» на миг появляется здесь, в этом мире. И только виолончель-мудрость пытается примирить жизнь со смертью… Трепещут альты-предвестники инфернальных труб и тромбона, но флейта-жизнь робко и тактично напоминает, что она есть на этом свете. Однако, тромбон уверен – победа будет за ним, живите и ждите. Мы придем.
 Неужели все так печально? – плачет скрипка.
О, да! - торжествуют медные. Торжествуют и выстраиваются в несметные полки, тяжелым мерным шагом движущиеся. Пока еще на горизонте, пока еще не надвинулись, а свернули и ушли за горизонт. А мягкие деревянные молоточки и треугольник с колокольчиками пытаются подсказать, что есть и что-то иное, что сильнее медных, сильнее неотвратимости смерти. Так что же делать?


Третья часть. Alegretto.

Но пока, смерть – главное. А раз так, значит, жизнь бессмысленна, и можно делать все, что угодно. И-и – ах! Ля-ля-ля… Даже в войну можно поиграть – все будет так потешно… Конечно, временами что-то зловещее всплывает, но это просто кажется… От этого легко отмахнуться. И с ухмылкой странной, вихляющей, дерзкой походкой, шляться среди всей этой бессмыслицы!



Четвертая часть. Adagio. Alegretto.

Паук вдруг понял, что имел в виду ДДШ в своём неожиданном финале 15-й симфонии…

Ведь это растворение в вечности, слияние с Абсолютом! Наше тело умирает, но душа бессмертна и она с тихим звоном, рассыпаясь, раззваниваясь, раззвякиваясь, мягко постукивая вбирает в себя весь мир, а весь мир вбирает в себя еще одну вечную, неуничтожимую душу…
Это уход, но уход в вечность, в вечную Жизнь!
В начале четвертой части он снова вводит в мир мрака, жути, страха смерти. Душа трепещущая, еще не отделенная от тела боится. Она жалобно, голосом скрипки тянется к жизни, к свету. Вступают флейты – это жизнь! Скрипки певуче сливаются в ансамбль, но тревога не проходит. Это еще не страх смерти, это – знание о смерти. И тяжкие, тревожные, но пока тихие басовые звуки говорят о непрерывном существовании параллельной жизни, или смерти, или жизни-смерти.
Это темное пространство с мрачными медленно движущимися жуткими готическими фигурами в капюшонах, обрамляющих черную бездну вместо лица. Это мрачная, побеждающая всё сила, она торжествует! Это торжество смерти-жизни над жизнью. Медные побеждают и злорадствуют. Великий вагнеровский бог иного мира! И вся процессия медленно удаляется…
Смятение…
И вдруг, осторожно, через борьбу и страх, но всё увереннее приходит чувство возрождения, продолжения жизни, жизни души после смерти тела.

Но это другая жизнь, другая её форма – нежные звоны колокольчиков и мягкие деревянные постукивания вуд-боксов и кастаньет, ритм вечного движения и вечной жизни…
Вуд-бокс – не гроб, кастаньеты – не кости. Колокольчики – не погребальный звон.
Жизнь вечна!

[Дирижер]

Видишь — в поле трактор что-то пашет?
Видишь — из завода пар идет?
День за днем страна живет все краше,
Неустанно двигаясь вперед. (с)

Я имел в виду,что когда я слушаю финал этой ( Пятой) симфонии,то мне кажется,что на меня движется огромное полчище роботов , монстров . . . Нечто типа "Звездных войн"...В общем,Картинка престрашная!

[JORGEN-1]

хех, столько времени меня тут не было, а вкусы не поменялись

[DSch]

Моя любимая симфония - однозначно восьмая. Что-то невероятное испытываешь в Adagio. Мне очень повезло, что я, скачав полное собрание симфоний Шостаковича, не зная о нём ничего, начал знакомство именно с Восьмой... Если бы Вторая или Третья попалась - фиг знает, любил бы сейчас Шостаковича
Ещё отметил бы для себя великие Пятую, Седьмую и Одиннадцатую.

[JORGEN-1]

Объясните мне, что все находят в этой кускообразной, разваливающейся пятой симфонии?