RSS лента

VittorioCrivelli

Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля.

Оценить эту запись
              
В Санкт-Петербургском театре "Русская антреприза имени Андрея Миронова" украинский режиссер Андрей Жолдак поставил спектакль "Мадам Бовари" по роману Гюстава Флобера. Посредником в приглашении Жолдака, по мнению прессы, выступила Мария Миронова, дочь знаменитого актера, чье имя носит «Русская антреприза», и участница двух московских жолдаковских постановок. На роль Бовари Жолдак отобрал двух актрис – Елену Калинину из МДТ и Полину Толстун из БДТ, причем они играют не в очередь, а вместе, изображая две ипостаси главной героини, одна из них существует в XIX веке во французской провинции, а другая в современном Санкт-Петербурге в квартире на Невском проспекте. Мужа Эммы и одного из богов, разыгрывающих судьбу главной героини как шахматной фигуры, играет известный артист БДТ Валерий Дегтярь, другое божество, а также Родольфа - артист МДТ Алексей Морозов. Первоначальная авторская версия режиссера продолжалась 9 (!) часов, чтобы заставить режиссера сократить спектакль до приемлимого размера, художественный руководитель театра Рудольф Фурманов пригласил руководителя Александринского театра Валерия Фокина на первый просмотр полной версии и отказался от тех сцен спектакля, в которых был занят сам в качестве актера. В итоге современная версия спектакля идет около 3 часов.
Андрей Жолдак. Мадам Бовари Флобера. Санкт-Петербург. Фрагмент спектакля записан 23.02.2014 (в предыдущем эпизоде Эмма прикончила своего мужа ударами ножа, но, как выясняется из дальнейшего действия спектакля, это происходило только в сознании главной героини).

Одно из первых представлений спектакля было омрачено скандалом (информация с сайта Санкт-Петербургского 5 телеканала www.5-tv.ru):
"Авторский замысел, зрителям нравится. Но когда из женских уст на сцене вырвалось матерное словцо, тут даже худрук не выдержал. Рудольф Фурманов, художественный руководитель театра «Русская антреприза» им. А. Миронова: «Я сто картин снял, вот мои роли в кино, мне этот пиар не нужен». Рудольф Фурманов уверяет, знай он о планах Жолдака, пресёк бы всё это еще за кулисами. Одно дело на кухне, или в кабинете, просто от переизбытка эмоции. И совсем другое на сцене.
По версии руководства, до злополучного дня спектакль шел в приличном виде. А тут режиссер решил порадовать друзей, которые сидели в зале. Но там же, по случаю оказался и вице-губернатор Петербурга. Совет по Культуре речи собрался по поводу этого в Петербурге. Выяснилось, что в последнее время в культурной столице со сцены ругательства летят все чаще. А туда ведь и дети приходят. Петербургские чиновники стыдят режиссеров за такое поведение, но пока кажется, не стыдно."
Фрагмент из рецензии газеты "Коммерсантъ. Украина":
"Мадам Бовари получилась у режиссера Андрея Жолдака существом мистическим. Сюжетные мотивы романа Флобера в спектакле развиваются по линии французской Эммы. Но это не история любовной и семейной биографии героини. В спектакле Жолдака это история трансформации и краха ее души, отравленной ядом возвышенных чувств. Чувств не только любовных, но и стихийных. Эта Эмма подражает крику диких птиц, в мир ее красивого цивилизованного дома врастают деревья, а быт не просто раздражает героиню — он буквально сводит ее с ума. Явное одичание Эммы становится и ее оправданием: буржуазная девушка превращается здесь в вакханку и героиню античной трагедии. Черные высокие стены французского барокко, хрустальная люстра, весь изысканно красивый и вместе с тем траурный интерьер ее дома оказывается похож на склеп, где должно быть заглушено и убито живое чувство и где Эмма красиво похоронена заживо. Визуально спектакль Жолдака щедр на очень стильные и эффектные кадры. В создании этой картинки участвовали постоянный соавтор режиссера Тита Димова и петербургский дизайнер одежды Татьяна Парфенова.
Любовь, посланная богами, оборачивается, человеческим жертвоприношением — в одном из эпизодов Эмму даже распинают и затягивают черным скотчем.
И рок этой трагедии в том, что Эмма, случайной волей богов обреченная на яд абсолютной любови, пройдя череду безмерных, физически явленных душевных страданий, сама тихо и печально приносит себя в жертву. Среди современников понимания она не найдет, муж будет обеспечен ореолом терпеливого страдальца, к нашему времени научившегося покорно загружать грязное семейное белье в стиральную машину. Присутствие милой дочери (Елизавета Фурманова) подчеркнет вину Эммы перед семьей. В мире общественной морали беснующейся жене и матери оправдания ей и впрямь мало. Но надо понимать, что "бедная девочка", превратившаяся от страданий в ведьму, живет в совсем другом, ирреальном мире, в магическом лесу, где появляются таксидермические лисы (чучело этого животного стало своего рода авторским знаком режиссера).

Мир спектакля и главной героини погружается в мрачный хаос
Яд французская Эмма принимает чуть неуверенно, но покорно, c тихого и уверенного согласия своей петербургской тезки. А современная Эмма берет в руки пистолет и превращается в литературных терминах прошлого века в Гедду Габлер своего рода. Будет ли она любить — теперь большой вопрос, но защищаться готова."
Фрагмент из рецензии "Независимой газеты" 3.03.2014:
"Елена Калинина – обнаженный нерв, почти на протяжении всего спектакля пребывает на грани нервного срыва. Она тонко показывает странность своей героини: встанет ли на голову, вскарабкается ли на стену или тревожно, как птица, закричит, актриса не нарушает своей органики. Ее бледное лицо с огромными глазами то застывает, как маска, то становится подвижным до гротеска. Изящная от природы, актриса не боится принять безобразную позу, проживая каждый миг жизни своей Эммы. Ее пластика подчеркивает психологическое состояние героини. Полина Толстун, не изменяя своему темпераменту, бывает иногда рациональна, но, олицетворяя душу Эммы, она предстает ее зеркалом, отражая все, что та переживает.

Две Эммы
Партнерство актрис, чувствующих друг друга, говорит не только об их мастерстве, но и о редкостной профессиональной этике. Они поддерживают друг друга, создавая цельность этого непостижимого в своей изменчивости характера. Обе актрисы замечательно носят костюмы, будь то струящиеся длинные платья, юбки и плащи, подчеркивающие их изящество, или же современные спортивного типа брюки, юбки, шапочки, необыкновенно им идущие.
Костюмы в этом спектакле (художники Тита Димова и Татьяна Парфенова) помогают созданию атмосферы. Со времен Николая Павловича Акимова таких выразительных, отвечающих эстетике спектакля костюмов мы не видели.
Предложенное режиссером решение коренится в эстетике романтизма с его двоемирием, разладом мечты и действительности. Однако спектакль постмодернистский, демонстрирующий «расчленение Орфея» (определение американского теоретика Ихаба Хасана), и вторжение романтизма есть скрытая интертекстуальность, которую можно не однажды ощутить в сценическом тексте, создаваемом актерами каждый раз заново, не выходя за границы формы, продиктованной мыслью и волей режиссера.
Сценография (Тита Димова, Андрий Жолдак) подчеркивает режиссерскую концепцию. Петербургская квартира с высокими потолками, огромными окнами, с сохранившимися дверями начала прошлого века условно трансформируется в скромное поместье провинциальной Франции: служанка Эммы Настази (Полина Дудкина) выносит на сцену стволы настоящих деревьев с черными ветвями и облетевшими листьями. Голые стволы и сучья настраивают далеко не на поэтический лад.

Декорации спектакля
Печь, куда забрасывают отличные березовые дрова, посуда, салфетки, мебель создают эффект достоверности, который постоянно смещается или нарушается. Время от времени появляется рыжая пушистая лиса, видимая только Эмме. В японском фольклоре лиса символизирует демоническое начало, способное порождать иллюзии. В фольклоре Восточной Азии лиса символизирует эротику. Эмма живет иллюзиями, и она чрезвычайно чувственна. Двоемирие создается не только сценическим, но и литературным текстом. Отдельными фрагментами или фразами в спектакль вплетается текст романа Флобера. Иногда он выливается в монологах Эммы, иногда пишется мелом на стене. Так на двух уровнях, эпохи романа и современной, исследуется душевное состояние Эммы, жаждущей любви и не имеющей понятия о ней. Ее иллюзии иногда воплощаются, но только эротически. Когда острота проходит, ничего не остается. Эмма не может с этим смириться. Ее метания трагичны, несмотря на ее эгоизм, не допускающий в ее жизнь мужа и дочь. Эксцентричные экспериментаторы, привившие «бациллу любви», вошли в судьбу Эммы, превратившись в Шарля Бовари и Родольфа Буланже, первого любовника Эммы. Шарль Бовари (Валерий Дегтярь) в отличие от недалекого добряка, каким привычно воспринимается этот персонаж, в спектакле обрел двойственность. Он остался недалеким добряком, преданным жене, но время от времени в нем спорадически проявляется твердость и мужская сила, придающая объем характеру. Родольф (Алексей Морозов) контрастирует с Шарлем, который все же остается персонажем флоберовским. По контрасту Родольф Алексея Морозова решен нарочито современно до такой степени, что в зале раздается нервный девический смех, вызванный узнаванием типажа. Родольф – потребитель, эгоист, дрянной человек в элегантном обличии с замашками покорителя сердец. Почему же этого не видит Эмма? Это дает понять появление лисы, олицетворяющей грешную мятущуюся душу Эммы. В спектакле задействована Берта, дочь Эммы и Шарля (Лиза Фурманова). Как известно, детей и животных на сцене переиграть трудно. Однако железная рука режиссера дала девочке лишь иллюстративную роль, показывающую отсутствие материнских чувств у Эммы. Юная актриса не выпала из контекста спектакля."

Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в Google Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в Facebook Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в Twitter Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в del.icio.us Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в Digg Отправить "Новости театральной жизни Санкт-Петербурга. Постановка Андреем Жолдаком "Мадам Бовари" Флобера. Мнение критики и фрагмент спектакля." в StumbleUpon

Комментарии

Трекбэков

Яндекс.Метрика Rambler's Top100