Оле-Лукойе

Мой мальчик ест суп. Небольшой, в общем, мальчик - шести лет. Спрашивает: "А ты знаешь, если всё убрать - что останется?" - "Ну и что же?" - "Останутся две вещи". Я пытаюсь угадать, что ж там такого в супе останется, если "всё убрать" . Тарелка? Воздух в ней? Воспоминание о супе? Не угадала. "Если всё убрать, то останется космос. И время."
Ну вот, а я с ним о супе... Но с другой стороны - без супа-то ведь тоже никак!
Мальчика Давидом зовут.

Автомобильный навигатор - чУдная вещь. Но есть у него определённый минус: как только он включается, так сразу же что-то выключается в мозгу пользователя, в моём, то есть. Перестаёшь соображать, где ты и куда едешь. Остаётся лишь тупо подчиняться его указаниям: "держитесь правее", и надеятся, что не подведёт. Обычно не подводит, но у каждой старушки свои погремушки... И многие навигаторы страдают любимым композитором, по имени Кристоф Виллибальд. Случается.
Зато всегда есть с кем поговорить в дороге! Кстати, мой навигатор - девочка. Зовут Нава (был такой персонаж у Стругацких, не в меру болтливый). Знаю, кстати, что у некоторых навигаторов даже отчества есть!
Так вот, ведёт меня однажды моя Нава к Киевскому вокзалу. На машине в те места я ехала впервые, опыт вождения был совсем никакой, поэтому слепо положилась на Наву. Да ещё торопилась - нужно было передать документы к поезду. Сворачиваю с Садового кольца, еду куда-то, еду - и по мере приближения к финишу смутные ...

Ага, вышла книжка, детская. "Семь невысоких гномов" называется. Таблица умножения в стихах и картинках.
Стихи - мои; картинки - очень симпатичного художника Оли Швейцер.
Издательство, ни много ни мало, ДЕТГИЗ!
Вот. Кому интересно - (особенно родителям второ- и третьеклассников), вот тут можно поподробнее посмотреть.

http://www.labirint.ru/books/297379/

Понравится не всем; книжка сильно "на любителя". Любители, отзовитесь!

Ну вот, прошла неделя - и я могу уже писать об этом событии без восклицательных знаков и прочих телячих восторгов Но, чёрт возьми, как же это приятно, когда из твоей головы - и что-то завертелось, закружилось, и столько людей работало, и - вот она, книжечка! Пахнет изумительно....

Я, собственно, сказки пишу. Детские. Потому и ник такой. Вот, например, таккая штука:

ОДИН ВОЛШЕБНИК

Один волшебник научился играть на виолончели. Сам, безо всякого волшебства. Но ему никто не верил, все думали: «Ха! Если бы я был волшебником, я бы и не такое мог!»
Тогда наш волшебник выучился ещё и на пианино. Но это уже, конечно, волшебным способом – если никто не верит, то зачем учиться?!
Так, значит, и заиграл сразу Шопена – безо всяких там гамм и этюдов.
Но виолончель всё-таки любил больше.
***

Однажды одному волшебнику приснилось, что он никакой не волшебник, а учительница химии Наталья Сергеевна Коровкина.
Поначалу он так растерялся, что чуть было не проснулся от ужаса. А потом – ничего, даже понравилось. И так он втянулся, что утром побежал сразу в книжный магазин круглосуточный (другие просто ещё не открылись). ...

Любопытный разговор состоялся у меня намедни с Берёзкиным О.В., директором нашего оркестра. Вызвал он меня к себе, и говорит примерно следующее: все мы находимся в равных(!) условиях. Все работаем, у всех срочные контракты, в т.ч. у художественного руководителя, а так же у него самого, О. В. Берёзкина. А вот у меня (а также ещё у двоих артистов оркестра) почему-то постоянный контракт. Несправедливо! Потому, дескать, тихо-мирно следует мне перейти на временный контракт без лишних разговоров.

На что я ему говорю: простите, Олег Вячеславович, но на работу меня брала Филармония, а не Вы. По конкурсу. И работаю я в Филармонии, а не у Уткина с Берёзкиным. И отношения мои с Филармонией оформлены восемь лет назад, и таковыми останутся. Потому что я не вполне понимаю, зачем мне нужно совершать действия себе во вред, не вижу в этом никакого смысла.

И тут Олег Вячеславович мне говорит: смысл очень даже имеется! Потому как если я перейду на временный контракт, то стану ...

Ещё – итальянское. Гуляем; вдруг мой спутник подзывает меня – иди скорее, послушай! На венецианской набережной Fundamente Nuove парень говорит по телефону. По-итальянски, естественно. В бешеном темпе. То есть итальянцы вообще мастера разговорного темпа, но этот персонаж – что-то из ряда вон. Монолог без пауз. Зрелище –(слышище?) – захватывающее. Мало того, в его речи – в этом бурном потоке - узнаётся что-то очень знакомое… ах да, ну конечно! Знаете, в концертах Вивальди есть такие виртуозные соло шестнадцатыми? А то и тридцать вторыми. Ага, вот оно! Тоника – субдоминанта и дальше, по квинтовому кругу… Сейчас он вырулит, наконец, в каданс! Нет, разговорчивый парень опять сорвался в модуляцию… На одном дыхании, не сбиваясь! Виртуоз…
Ещё на берегу моря слышали птичку, которая поёт четырёхтактом. Крутит и крутит одно и тоже: вроде три такта шестнадцатых, а после – пунктир: там, па-пам! И опять на репризу. Очень ритмично.Бывает же! На ласточку похожа.
В Генуе долго (не очень, ...

Венеция. Из воспоминаний о путешествиях довольно быстро стирается география-хронология, зато зацепляются и остаются в памяти какие-то мелочи и истории. Вот такое, зацепленное:
Падающая колокольня. В лучшем городе на Земле всё потихоньку падает; решили подойти поближе – узнать, откуда же она, колокольня, растёт. Не так-то и просто подойти, кружим вокруг, дорожки увиливают от цели или срываются в каналы. Неожиданно натыкаемся на кампо (маленькая площадь), при нём, как водится, собор. Зачем-то заглядываю внутрь – и там обнаруживается выставка муз. инструментов. Зайдём? Ну да, можно зайти - гуляем же...
Внутри начинается чудо. В полумраке собора - негромкий Вивальди (я бы предпочла что-то более старинное и менее знаменитое), а в витринах за стеклом – скрипки. Ух ты, какие скрипки! Семнадцатый век… шестнадцатый… пятнадцатый! Угу, чинквеченто, и даже, кажется, кватроченто. Точно не помню. Немыслимый возраст для небольшой такой деревянной штуковины… Часть – не совсем даже скрипки. ...

Тихо шинами шурша, еду, еду неспеша…У меня – московское лето. Все мои, горячо любимые, уехали из Москвы отдыхать, а у меня – работа: Моцарт, Шостакович… Вы спросите: кто же играет Шостаковича в такую жару? А вот есть любители… Но это – 4 часа в день. Остальные двадцать – полностью мои. Только я, велосипед и Москва.
Когда говорят «москвичи и гости столицы» - я не слышу, это не мне. Какие, в самом деле, гости! Шутка ли, гостить 12 лет. А москвичи… Смеётесь? Москвичи – это совсем другое дело. Какое? Во-первых, у них везде знакомые. Сестра одноклассника, одноклассник брата. «Ваши документы! – Ой, Вовка!..» И потом: «представляешь, этот, в фуражке, довольно-таки прилично играл в детстве концерт Мендельсона…»
Но это – не главное. Главное, что для москвича по всему городу, как камешки на пляже, разбросаны воспоминания детства. «Здесь мы – с бабушкой, здесь – папа шар купил, огромный, розовый, а здесь – мы с Серёжкой… А тут я гулял один, впервые совершенно один в центре, упиваясь ...