Муля

29/09/09

Тема черезвычайно большая, уходящая корнями своими в самые глубинные проблемы. Потому, начиная статью, я рискую по окончании её услышать от читателей, что идеи мои – идеализм и инфантилизм, и невыполнимы вовсе. Оно, может, и так, но высказать их всё же берусь. Потому как тревожнейшая необходимость реформировать наше музыкальное образование, на мой взгляд, назрела.

Проблема Первая. Болонский процесс.
Шуму этот процесс в культурной среде навёл немало, но, судя по всему, в исполнительских специальностях деление на Бакалавров и Магистров всё же произойдёт. И видеть в этом что-то ужасное никак не приходится. Во-первых, мы получаем международный стандарт диплома, понятный во всём мире. Во-вторых, мы открываем студентам возможность на любой ступени обучения быть мобильными и переходить (по желанию) из вуза в вуз – как внутри страны, так и по всему миру. Мы вводим дополнительный экзамен внутри всего курса высшего образования с присуждением степени Бакалавра и возможностью окончить на этом своё высшее образование (ежели возникло такое желание). Этот дополнительный экзамен позволит также избавить вузы от той массы студентов, которая после третьего курса начинает тяготиться обучением, находит работу и посещает вуз крайне нерегулярно.

Станут ли брать на работу студентов со званием Бакалавра? – а почему нет? Берут же студентов, обучающихся в данный момент и имеющих неполное высшее образование. К тому же, Бакалавр – это вполне «полное» высшее образование, и 4 года, которые студент будет тратить на него – это почти те же 5 лет, без последнего только года, уходящего обычно практически полностью на подготовку к дипломной работе. Эта большая дипломная работа переносится, соответственно, на окончание магистратуры и располагает достаточным сроком для всесторонней глубокой подготовки и для исследований – 2 года.

Существующая же сверх того аспирантура является как бы дополнительным образованием, если вы нуждаетесь в руководителе для своих исследований (для теоретиков) или в наблюдении профессионала (для исполнителей). Поступить на этот уровень можно будет примерно до 30-32 лет, что позволит, например, сделать перерыв между основным образованием и аспирантским, набраться опыта, подобрать тему для исследования и пр.

Проблема Вторая. Набор предметов.
Каждый второй, если не каждый первый студент, непременно задаётся негодующим вопросом – зачем ему в музыкальном вузе такие предметы как право, экономика, эстетика, история, философия и пр. В самом деле, ни в одном западноевропейском вузе такого набора предметов не встретишь. Тогда как у нас эта ужасающая перегрузка приводит к: 1 – более низкой успеваемости по основной специальности; 2 – к стрессам и беготне за «зачётами» во время сессий; 3 – к плохой посещаемости по причине концертов, оркестров и пр.; 4 – к абсурдным совершенно отчислениям талантливых музыкантов за двойку по философии или эстетике.

Выход? – система факультативов при обязательном наборе необходимых музыкально-теоретических и исполнительских дисциплин. Пускай на философию ходит тот, кому интересна философия, на право – тот, кому интересно право, и на экономику – тот, кому интересна экономика. Всё это не может и не должно быть обязательным, а может быть только выбрано по индивидуальному желанию и в соответствии с индивидуальными интересами. Даже если мы бегло хотя бы взглянем на количество часов, отпущенное на целый курс, например, экономики в музыкальном вузе – без какой-либо предварительной подготовки нам бросится в глаза то мизерное количество времени, за которое совершенно невозможно хоть сколько-нибудь серьёзно ознакомиться с курсом. То же и с эстетикой, и с правом, и с прочими предметами этого списка. Так к чему же эта поверхностность, которая в конечном итоге приводит только к унизительной ходьбе «за зачётами» во время сессий и прогуливанию среди студентов? Да и сам труд педагога будет куда более благодарным для той аудитории, которая сознательно изберёт себе факультатив по экономике, праву и т.п., и успехов для всех это принесёт куда как больше.

В конце концов, на момент поступления в вуз человек становится уже совершеннолетним и в состоянии сам принимать решение, какое образование ему нужно и в каком объёме.

Проблема Третья. Разделение.
Всё вышеизложенное выглядит пока вполне реально и разумно. До тех пор пока не задаешься вот каким вопросом. Уровень подготовки к музыкальным вузам у нас в стране весьма и весьма неоднороден (что, впрочем, не имеет никакого отношения к талантам, которые везде есть и их немало). Но сейчас в любом вузе, даже в самом элитном, мы сажаем за одну скамью человека из любого провинциального училища с выпускником, скажем, ЦМШ, десятилеток или приконсерваторских училищ. Наше образование в вузах таким образом становится чудовищно средненьким, усредняющим лучшего с любым другим. В итоге, лучшие начинают нестерпимо скучать, раздражаться, тратят время на повторение уже известного, теряют свой потенциал развития и набранные обороты, теряют веру и энергию (впрочем, это уже в самых худших случаях). В то время как приезжему совершенно необходима та информация, которая уже давно и хорошо известна подготовленному студенту. И ничуть не хочу я таким образом обижать приезжих, и мне превосходно известно, что и в их среде есть талантливейшие люди, могущие дать фору выпускникам самых лучших столичных школ и училищ.

Однако же, различие таковое у нас существует, и отчасти решить эту проблему могло бы также введение факультативов. Приезжий записался бы на курс гармонии или анализа, а подготовленный студент мог бы заняться (при желании) полифонией или композицией, или современной музыкой, или чем угодно ещё. При поступлении в западный вуз, например, вы можете быть освобождены даже от музыкально-теоретических дисциплин, если по итогам тестов будет видно, что ваши познания в этой области достаточны.


Проблема Четвёртая. Педагоги и разряды.
Не хотелось бы никого лично обижать, и совсем не в том цель и смысл моих нынешних записок. Но укажу на одну пугающую тенденцию.

Мы привыкли думать и даже изрекать вслух, что наше образование (и музыкальное в частности) – де самое лучшее, и запад нам тут не конкурент. Оно может и так (в лучших своих проявлениях), но в целом мы видим вот что. Появляется вакантная должность. Кто-то кого-то кому-то рекомендует, человек этот приходит, и его принимают на работу. Ни конкурса на место, ни огласки, - ничего. А рекомендуемый человек – нередко кум, сват, сын, брат, сосед, друг соседа или ещё Бог знает кто. Как это называется по-научному? – феодализм. И там, где феодализм этот действует, не можем мы говорить о нашем «самом лучшем образовании». К сожалению, даже приём педагогов у нас происходит по знакомству. К сожалению, мы знать ничего не хотим о лучших наших педагогах на периферии. Мы не хотим звать их в центр, или хотя бы дать им возможность участвовать в открытом конкурсе на вакантную должность – профессорскую или какую-либо иную. Уж не говоря о помощи с жильём и другой поддержке в таких случаях, при которой такой переезд становится возможным. Может быть это и нехорошо – лишать периферийные вузы их лучших педагогов. Но ведь и о человеке подумать тоже надо! – ему нужно развиваться, а для этого среда и окружение чуть ли не так же необходимы, как и желание.
Мы не приветствуем мастер-классы и почти совсем их не проводим – для этого у нас нет не только желания, но и грамотных организаторов. Зато вот вражда между классами различных педагогов – это пожалуйста, это у нас не редкость. Закупоренность жизни внутри классов, оторванность от нового, от поисков, догматичность и чуть ли не тирания – этого сколько угодно. И больны этим как лучшие столичные вузы, так и периферийные консерватории, как лучшие педагоги, так и полные их противоположности.

Затрагивая тему конкурсного приёма на работу, следует также обратить внимание и вот ещё на какую нашу национальную дикость. (Внимание, начинается идеализм в самом его радикальнейшем виде!). Мы принимаем на работу не на определённое место с определённой занятостью и определённым окладом, мы принимаем просто специалиста – без каких-либо точных договорённостей. Имеет он 7й разряд – зарабатывает по седьмому разряду, имеет он 15й разряд – зарабатывает по пятнадцатому. И система этих разрядов бюрократична, унизительна и ничего общего с реальными знаниями и способностями реального человека обычно не имеет. Разряд начисляется автоматически после вуза, и потом повышается путём формалистического хождения по методическим кабинетам с целью получения индульгенции. По каким критериям и кому эта индульгенция в итоге выдаётся – тема отдельная и трудная. Можно только заметить, что творческие люди находят обычно много хлопот и мало успеха в подобных мероприятиях и учреждениях.

Занятость же (наряду с разрядами) – ещё один критерий, которому прямо пропорциональна зарплата. И занятость эта зависит от набора студентов, а набор студентов – от занятости. Маленькая занятость – берём студентов больше, не важно каков их уровень и прочие способности. Большая занятость – не берём студентов, в том числе и талантливых, которых взять просто необходимо. Но в такую сторону занятость педагогов музыкальных вузов перегибается не так уж и часто, так что в основном слову «занятость» мы обязаны понижением уровня студентов, происходящим из года в год и проявляющимся всё сильнее – и начиная прямо с музыкальных школ.

Кроме того, из-за низких зарплат и разрядной системы, молодым специалистам попасть на преподавательскую должность в музыкальный вуз практически невозможно. Если есть пять человек с 16м разрядом, а у вас он 12й – не смотря на одарённость, на открытость к новым веяниям, на все ваши качества, возьмут с виду более опытного педагога – опять же по причине разряда (хождения по метод.кабинетам, наличия связей и т.п.).

А имей мы открытый конкурс с фиксированной зарплатой для любого претендента без учёта разрядов, возраста и прочего, с такой занятостью, которая не станет влиять на зарплату,– не выиграли бы от этого мы все? Как это сделать и где взять деньги – вопрос другой, хоть и не менее насущный. Но я уверена, и для него есть решение, ибо по этой системе работает большинство вузов в мире.

Говорить о том, что наше образование лучшее, имея такие зарплаты как у нас – это ещё и издевательство. Потому как педагог – это тот человек, который воспитывает ваших детей. Как он их воспитает, такими они и станут. А наши лучшие педагоги, те, кто может, - уходят в другие профессии, в другие сферы деятельности, уезжают преподавать заграницу, или просто уходят в частные университеты. За заработком. Потому что это унижение. И одно это унижение сводит на «нет» всё наше «самое лучшее образование».

Да, страна большая, если один откажется работать за эти деньги – придут пятеро других, которые согласятся. И никто не заплачет. И незаменимых нет. Ура.


Проблема пятая. Бардак.
Каждый год по всей стране мы видим одно и то же – от институтов до районных школ – путаница с расписанием, большие перерывы между занятиями (иногда до 4-6 часов), или нагромождение большого числа предметов на один день.

Такое положение дел приводит обычно к двум видам последствий. Тот студент, что посовестливей и потрудолюбивей, спустя несколько месяцев подобного обучения становится заметно более нервным и раздражительным – по причине потери времени или отсутствия этого времени на непосредственную специальность. Тот же студент, что нравом повеселее, пускается уже без всяких зазрений совести в «буфетную» жизнь, жизнь прогулок, тусовок и всякая прочая. Благо, подобное расписание предоставляет ему компанию. И в компании этой, среди прочих, могут быть ребята вовсе не склонные к гулянкам и трате времени. Но приобщившись к ним, они привыкают, втягиваются и пропадают в этом. Виною тому, бесспорно, личностные качества каждого конкретного индивида. Но и бардак в расписании способствует этому не меньше. Ни для кого не секрет, что (даже для самых талантливых) музыка – это большею частию выдержка и работоспособность. И не один одарённый человек споткнулся именно об этот камень.

Как такую проблему решить? – отчасти она решится сама собою при введении системы факультативов. Факультативы же подразумевают вместе с собой большую индивидуальность и большую направленность на развитие способностей каждого конкретного человека. Стало быть, и расписание станет более индивидуальным. Не думаю, что это было бы так уж затратно – иметь по 2-3 куратора для каждого факультета, которые индивидуально согласовывали бы расписание для каждого. Ведь определиться с выбором факультативов можно, например, и в летние каникулы – отправив свои пожелания по почте. А согласовывать расписания можно было бы по email’ у, без унизительных очередей и нашего родного советского хамства.