Артисты ГАСО им. Е.Светланова отказываются работать с главным дирижером оркестра Марком Горенштейном

[gb]

Горенштейн заявил, что его никто не может уволить, даже Авдеев новые известия 13.09.

[pianofan]

Горенштейн заявил, что его никто не может уволить, даже Авдеев новые известия 13.09.

интересно, откуда такая уверенность в собственной неприкосновенности?

На две недели раньше. Но им пришлось использовать довольно многих приглашенных японских музыкантов. Кстати, происходило это в рамках крупного международного музыкального фестиваля, который устраивают каждый год французы. На фоне того, что Франция была не меньше России обеспокоена, есть, о чем поразмыслить.

японская сторона была очень заинтересована в проведении этого фестиваля и всячески заверяла французских коллег, что опасность мала. И тем не менее, программа фестиваля была перекроена, т.к. многие музыканты отказались участвовать и не приехали.
я должна была весной быть в Японии, меня не пустили друзья-японцы из Токио, которые буквально истерили на этот счет и писали, что их правительство специально занижает уровень опасности, чтобы не было паники, а ситуация уже давно вышла из-под контроля и развивается по худшему сценарию. Впрочем, это уже наверное оффтоп в этой теме.

[kjsdh629]

Со страниц форумов кричали и противоположное,и самое разное.Японию покидали и сами японцы,у которых была возможность куда-то уехать.

возможность куда-то уехать была у всех японцев, особенно у пострадавших. Их звали, приглашали, предлагали предоставить убежище. Вы многих знаете, кто уехал? Я 10 апреля летел из Хельсинки в Токио. В полном самолете с японцами. Мой ученик поступил в токийскую "ЦМШ" и одновременно в школу при бернской консерватории. Его там чуть ли не силком пытались удержать (15 марта был экзамен, он 12 марта улетел из Токио). И он решил остаться в Японии. О чем Вы вообще говорите? Речь идет о середине мая, а не марта.

[pianofan]

Речь идет о середине мая, а не марта.

а что кардинально могло измениться в мае в лучшую сторону? Радиации стало меньше? Она вдруг вся исчезла? Так не бывает. Стало еще хуже.

[Артист оркестра]

Про Японию
О чем мы тут говорим!!! Если даже ВСЕ посольства в мае ,включая российское, были эвакуированы в Осаку! Зачем,если никакой опасности нет? А известно ли вам,что по науке после сильного землетрясения вероятность его повторения в ближайшие полгода составляет 80% ? И это при постоянно ухудшаюшейся ситуации на АЭС! Между прочим,музыкантам Урал.оркестра раздали спец.плащи и дозиметры! А вы предлагаете дозиметры купить самим (между прочим они стоят о 12000руб.).
По Светланову - его уволил своим приказом Швыдкой,если кто забыл. Воспользовался ситуацией в ГАСО, которая диаметрально отличалась от сегодняшней. Он же назначил МГ. Мне кажется,это не случайное совпадение

А кто опосля Светланова вытурил? Может, Пенсионный фонд?

Бабуля,чтоб вам было понятнее: представьте, у вас в доме есть управдом с 1965 года. Вначале вы жили душа в душу,может даже выпивали вместе и добермана выгуливали. На последние 5 лет он завел свой собственный бизнес и вашим домом не интересуется. У вас крыша течет,канализация ни к черту. Приезжают разные мастера,некоторые готовы даже бесплатно все починить, да вот беда - без разрешения управдома нельзя,без его подписи. А ему всё недосуг,да и бывает он в вашем доме только раз в году. У него по всему миру уже благоустроенные хоромы, а вам куда деваться? На улицу, с доберманом? Потому жильцы и собрались и постановили,что каждый должен исполнять свои обязанности ,что жильцы, что управдом.

[kjsdh629]

Про Японию О чем мы тут говорим!!! Если даже ВСЕ посольства в мае ,включая российское, были эвакуированы в Осаку!

Это просто не соответствует действительности. Особенно в части росийского и французского посольства знаю не из газет. Доказать могу, но оффтоп и так уже зашел далеко. Слух на слухе и слухом погоняет.

[Б.Ф.Строганоф]

Да не про то я, сердешный мой! Я про чувства невечные: така любовь была, така любовь к Светланову, а потом - раз! - и все крахом кончилось.

Я, упаси Боже, не оправдываю увольнения Светланова, но, справедливости ради, замечу, что в тот период гениальный дирижёр практически не общался с оркестром. Оркестр был на грани нищеты, ибо отсутствие поездок совпало с исчезновением спонсора вместе с деньгами оркестра. Е.Ф. прислал тогда в оркестр письмо, где, оправдывая своё отсутствие, писал: -"...у меня хоть и маленькая, но семья, которую я должен кормить" (и работал только на западе). Но у музыкантов тоже были семьи, которые надо было кормить и, - да, материальное возобладало над духовным.

интересно, откуда такая уверенность в собственной неприкосновенности?

Привычка, видимо...

[yuyu]

Кстати, вот еще какая штука приходит на ум, когда читаешь этот поток. Здесь много писали о грубости и хамстве Горенштейна. Так вот, я одного не могу понять, а что мешало записать на диктофон парочку наиболее вопиющих примеров и выложить запись здесь или где нибудь в другом месте. Это ведь в те же 1980-е диктофон был редкостью, которую можно было приобрести только за границей. Сейчас с этим нет никаких проблем. Более того, сейчас и с помощью мобильных телефонов можно делать аудиозаписи на микрофон мобильника. А многие модели телефонов позволяют делать и видеозаписи.
Не понимаю, что мешало недовольным оркестрантам сделать такие записи. Только не говорите мне, что Горенштейн не пускал с мобильными телефонами на репетицию. Пусть даже так, но ведь не обыскивал же он каждого. Так что, переведя телефон в беззвучный режим, чтобы он ненароком не зазвонил, можно было с его помощью сделать искомую запись и либо передать её журналистам какой-нибудь газеты, либо выложить на этот форум. И все сообщения о беспрецедентной грубости дирижера воспринимались бы совершенно по другому.

При работе с Марком Борисовичем нельзя даже прислониться к спинке стула - сразу будет крик "вы что, сюда спать пришли?", а Вы говорите достать телефон... Есть такое итальянское слово "череватто", телефон разбивался только из за того, что на виду лежал, а уж что бы было если бы МГ увидел его в руках - страшно предположить...

[Vic]

МАРК ГОРЕНШТЕЙН: Я ЗАНИМАЮСЬ МУЗЫКОЙ, А НЕ СОБИРАНИЕМ ГРЯЗИ

13:59 13/09/2011


Дирижер и руководитель Государственного академического симфонического оркестра им. Светланова Марк Горенштейн, с которым недавно отказались работать музыканты его оркестра, рассказал в интервью РИА Новости, кто стоит за его конфликтом с оркестром, что произошло за кулисами конкурса Чайковского, и что он будет делать, если его все-таки уволят. Беседовала Ирина Гордон.



- Неужели Вы не чувствовали, что зреет конфликт?
- Я совершенно определенно могу сказать, что этот конфликт ничто не предвещало. Совсем. Для меня это полная неожиданность. Странная история, на которую я даже не знаю, как реагировать. С этими людьми, которые сейчас стоят во главе этой кампании, я был не просто в хороших, а в дружеских отношениях. Я не знаю, почему так произошло. И совсем не понимаю, кто заказчик. Ведь так не бывает, что все было хорошо и замечательно, а потом раз! - и все ужасно.

- С чего все началось?

- Мы приехали из Японии в прекрасных, доброжелательных и дружественных отношениях. Провели там совершенно восхитительные 20 дней, никаких предпосылок для чего-то подобного не было. Начинаем репетировать к конкурсу Чайковского, где из ничего устроили то, что устроили.


- Марк Борисович, Вы назвали конкурсанта Ахназаряна "аулом". Это "ничего"?

- Это стопроцентная ложь. Я никогда так не говорил. Есть запись этой репетиции и документальное подтверждение того, что ничего похожего не было. Все случилось, когда конкурсантов на сцене не было вообще, а у нас с оркестром была отдельная репетиция. Господин Ахназарян, когда мы играли одно и то же место в концерте Дворжака, не мог исполнить его правильно. Я видел его впервые, и до этого у меня с ним не было никаких скандалов. Сначала он сказал мне, что счастлив и долго мечтал со мной поработать, но после того, как снова не смог сыграть одно место, я ему спокойно сказал - мы не сможем сыграть это место, так как он играет неправильно. И этот юноша, которому 22 года, а мне все-таки 65 лет, отвечает: "Другие играли, не знаю, почему вы не можете". Когда я об этом рассказал Федосееву (Большой симфонический оркестр), тот был в шоке. После такого любой дирижер с этим музыкантом не сыграл бы ни одной ноты, потому что это было профессиональное оскорбление. Но я просто заметил, что если он еще раз позволит себе сказать нечто подобное, я просто положу палочку и уйду. На самом деле, эта репетиция была не для меня, я концерт Дворжака играл минимум сто раз с великими Ростроповичем, Гутманом, Князевым и десятком иностранных виолончелистов. Больше я его не останавливал и доиграл до конца сочинения.


- Тем не менее, Марк Борисович, вы произнесли то, что произнесли, и скандал разгорелся именно из-за этого.

- Это было произнесено на нашей внутренней репетиции. Меня предупредили, что на весь мир в интернете идут трансляции репетиций конкурса Чайковского, только когда мы играем с солистами. Никто не предупреждал, что могут писать и просто репетицию с оркестром. Все солисты разошлись, и я остался наедине с оркестром. Надо было расходиться тоже, но так как я педант и перфекционист, то заставил оркестр удлинить репетицию, чтобы помочь Ахназаряну в исполнении. Я был уверен, что уже ничего не записывается, и разговор был абсолютно по делу и никакого отношения к межэтническому конфликту не имел. Журналисты же выдернули одно слово из контекста - "аул", и забыли его присоединить к тому тексту, который я сказал. У меня есть предположение, кто всю эту историю раскрутил и я знаю фамилию этого человека, но не буду ее называть, у меня нет точных доказательств. Что происходит дальше? На следующий день я прихожу на репетицию и совершенно спокойно работаю, а вечером мне звонит Алексей Шалашов и говорит, что в интернете пожар, Гергиев в ярости, министр в шоке. Я ничего не понял, и он начинает мне рассказывать, что я оскорбил Ахназаряна. От этого разговора мне стало просто плохо, я взял больничный, а меня заменили два дирижера из Мариинки. Когда на следующий день мои музыканты не увидели меня за пультом, они сами по себе - я был дома на больничном и ни о чем не знал, написали письмо, где говорилось, что за девять лет работы в оркестре у них никогда не было проблем националистического толка. Его подписали сто процентов музыкантов оркестра, и у меня есть этот документ.


- Как потом развивались события? Вы рассказывали, что вмешалось Минкультуры?

- Потом мы уходим в отпуск до 5 августа. Накануне, 3 августа, звонят сначала директору, а потом мне и еще второму дирижеру, и приглашают в Минкультуры. Чуть позже мне частным образом сообщают, что на меня готов приказ об увольнении. Меня настолько потрясло это известие, что у меня начался приступ, и я взял больничный. Через несколько дней к нам внезапно нагрянула внеплановая проверка, назначенная с массой нарушений. Надо понять, что плановая у нас закончилась в декабре. Новая проверка ничего не находит, кроме одного страшного преступления - мы купили утюг с одной статьи вместо другой статьи. После проверки становится понятно, что административные, финансовые или другие аспекты предъявить невозможно. И тогда они не придумывают ничего лучшего, как, по моим сведениям, вызывают одного господина из оркестра и директивно, с моей точки зрения, начинают рассказывать ему как себя вести. После чего, как мне кажется, сотрудникам оркестра продиктовали текст письма, который они и подписали.


- Гиршенко говорил, что это письмо просто лежало на столе во время репетиции и его могли подписать все желающие.

- Снова ложь. По моим сведениям, "инициативная группа" растиражировала это письмо, каждый из них его взял, пошел в свою группу и там всеми правдами и неправдами агитировал подписать письмо других. Подписывают его 62 человека, а остальные все-таки нет. А затем они уже положили письмо в открытый доступ для того, чтобы те, кто не захотел подписать, могли передумать. Поймите, я не оправдываюсь, но хочу ответить по всем пунктам, в которых эти люди меня обвиняют.


- Вы извините, но по поводу содержания письма. Вам вменяют большое количество уволенных музыкантов за время вашего руководства.

- Они утверждают, что я уволил порядка 280 человек. Это не так. Точная цифра: за девять лет уволилось 233 человека.


- Тоже цифра немаленькая…

- В 1997 году, когда "война" со Светлановым дошла до предела, и через три года, когда Светланова из оркестра "вынесли", а затем еще два года, когда в оркестре появлялись мало профессиональные музыканты, передо мной встала задача вернуть коллективу международную репутацию. И я медленно, с соблюдением всех законных норм и правил, старался освободиться от людей, которые мало приемлемы для профессиональной работы. Таким образом, было уволено 65 человек "старого" госоркестровского состава.


- А что случилось с поездкой в Японию, когда, по словам музыкантов, Вы уволили всех, кто не захотел ехать?

- Никого я не увольнял. Люди, отказавшиеся ехать в Японию из-за боязни радиации и землетрясения, уволились сами. Вот такой жизненный пример: вы работаете в государственной организации, и вас обязывают поехать в государственную командировку. Вас вызывает начальник и говорит: необходимо ехать в командировку на Сахалин, а вы ему отвечаете, что боитесь радиации или землетрясения. Любой нормальный руководитель, мягко говоря, удивится. И если вы откажетесь, он вряд ли захочет с вами сотрудничать дальше. Вместо уволившихся мы с невероятным трудом нашли 14 человек временных работников, которые, и я им за это благодарен, согласились поехать с нами. Но их опять же необходимо было принять на работу, чтобы платить положенные суточные. По возвращении они уволились и пошли в свои коллективы. И не могло быть иначе. Это я все к тому, что за все девять лет никого не уволил незаконным образом.


- Вы общались уже с музыкантами после истории с письмом? Знаете, как они эту ситуацию видят?

- Мне известно только одно, что они откажутся работать со мной, если я приду на репетицию. Так, по моим сведениям, заявил господин Гиршенко, который сказал перед группой первых и вторых скрипок после репетиции, если Горенштейн появится на репетиции, мы откажемся работать. Насколько я знаю, он сказал, что на это у него есть договоренность с представителем министерства.


- Марк Борисович, что Вы будете делать теперь?

- Ничего. Я буду ждать, пока министр культуры сделает то, что он должен сделать. Надеюсь, что он, основываясь на нормативно-правовых актах и юридически грамотных решениях, рассмотрит дело абсолютно беспристрастно и примет решение, которое юридически будет правильным. Никакого другого мнения у меня нет.

- Вы собираетесь встречаться с представителями министерства?

- Когда я выйду из больницы, и меня вызовут, то обязательно. Прятаться не буду.


- Что Вы будете делать, если Вас уволят?

- Уволить меня невозможно, если только с нарушением всех законов, которые существуют в нашей стране.


- Вы тогда будете подавать в суд?

- Обязательно! Я 18 лет работаю в системе Минкультуры, и за это время обо мне не было сказано ни единого плохого слова, я получил огромное количество званий и благодарностей.


- Как же Вы будете работать с музыкантами оркестра, если Вас не уволят?

- Да спокойно. Я все время говорю одно и то же: они мне не враги - они просто очень эмоциональные люди. Оркестр - моя семья, а в семье всякое бывает. Я точно знаю, что завертели этот кошмар пять-шесть человек с подачи некоторых работников министерства культуры, как мне кажется. Если у этих пяти-шести зачинщиков хватит совести смотреть мне в лицо, то это только их проблема. Я никому мстить не собираюсь. Я занимаюсь музыкой, а не собиранием грязи.

Источник

[lerit]

Сначала он сказал мне, что счастлив и долго мечтал со мной поработать, но после того, как снова не смог сыграть одно место, я ему спокойно сказал - мы не сможем сыграть это место, так как он играет неправильно. И этот юноша, которому 22 года, а мне все-таки 65 лет, отвечает: "Другие играли, не знаю, почему вы не можете". Когда я об этом рассказал Федосееву (Большой симфонический оркестр), тот был в шоке. После такого любой дирижер с этим музыкантом не сыграл бы ни одной ноты, потому что это было профессиональное оскорбление.

Горенштейн, видимо, забыл, что солист всегда прав! ВСЕГДА!!! Дело дирижера в аккомпанементе - телячье: следовать за солистом, что бы тот ни делал, хоть вверх тормашками играл. Вот тут-то и проявляется мастерство дирижера. Иначе говоря, Горенштейн расписался в собственной профнепригодности.