Трансляция - "Евгений Онегин" Большого театра в Гранд-опера

[8u8]

Собственно, поскольку мы говорим не о логике, а именно о впечатлении, это только доказывает неоднозначность картинки: разные люди видят в ней разное. Вы увидели исчезнувшую грань между театром и жизнью, размышление "про себя и про ольгу" - а я увидела сожаление "экий я был дурак, когда это писал"

Что, опять скажете, что я не прошла "тест на человечность"?

вы стараетесь объяснить, почему вас не торкает, я стараюсь объяснить, почему меня торкает. поэтому у вас впечатления, а у меня интерпретация. в неоднозначности и заключается сила этой сцены у чернякова.

а слова про тест относились к людям, которые впереди себя толкают свои привычки и принципы. конечно, каждый сам решает, про него это или нет.

[Monstera]

вы стараетесь объяснить, почему вас не торкает, я стараюсь объяснить, почему меня торкает. поэтому у вас впечатления, а у меня интерпретация.

Да уж! Потрясающей логикой этого умозаключения Вы заставили меня в очередной раз пожалеть, что я снова не удержалась и ввязалась в этот спор.

[До ля]

они всю дорогу напряженно и разнообразно взаимодействуют. что такое "соответствие", не очень ясно.

Раздаются первые такты и мы можем уже закрыть глаза, заткнуть уши и не видеть и не слышать: наша память покатилась по колее. И уже не Чайковский звучит, музыкальный автомат выдает ожидаемые темы, разве что с неодинаковым уровнем качества звучания. И валик каждой музыкальной темы крючочками выцепляет из памяти соответствующую визуально-драматургическую картину.
А в этой постановочной концепции случилось так, что музыкальный валик крутился, крючочки вертелись, но цеплять им было не за что, потому как совершенно неожиданно на слушателя обрушился вал драматургический. И этот вал не вертелся привычно, а падал на слушателя тяжелым домкратом. И валик знакомой музыки, лишившись щетины осточертевших крючьев, почти что засверкал свежими, чистыми поверхностями, если бы не вал режиссуры, который сумел его заслонить, возможно, даже с большим успехом, чем прежние картины.
Режиссура жесткая, конкретная, отвергающая недоговоренность и неоднозначность, требовала от музыки подтверждения, некоей твердой каркасности и определенности. Но, как мне кажется, это не свойственно музыке Чайковского, в том числе, в этой опере. Везде у него присутствует некий флер. Есть нагнетание, но нет заострения.
Чайковский не поддержал Чернякова.
Про Пушкина как первоисточник, я уже говорила, речи не идет. Не Пушкин у Чайковского и был. Но в опере хотелось некоей корреляции музыкального и сценического выражения. Я (возможно, потому что посмотрела только заключительное действие) этого не почувствовала.
И не знаю, можно ли Чернякову поставить в заслугу эту его режиссуру, если на одной чашке весов несоответствие действия характеру музыки, а на другой - оперное действие, сделанное психологически осмысленным, а не литературно оправданным.
Это в теории (моей )
А на практике с интересом посмотрю-послушаю живьем и целиком.

[ptitsa-lira]

У Чернякова Ленский сидит на стульчике и поет Куда-куда так, что заставляет зрителей сопереживать.

А что касается соблюдения традиций - Черняков же не имел в виду: "Традиции это полный отстой, а японские артисты идиоты и бездарности"

И вообще, есть нюанс между "неукоснительным максимально точным соблюдением традиций" и "уважением к традиции".

.

Черняков приписал плохое качество спектакля режиссуре и традициям. И не нашел лучшего выражения для своего недовольства постановкой, как театр Но. А "умные " критики хором поддержали, правда театр для сравнения выбрали другой - Кабуки.
Цитата : "Поставленный в 1946 году «Евгений Онегин» Большого, идущий в начале XXI века — тот самый «театр „Кабуки“„, против которого Черняков протестует всем своим существом: это те порочные спектакли, “где зритель получает не какой-то эмоциональный ожог, а следит за тем, как правильно исполняется ритуал, принятый из века в век».
"Разрушим до основанья, а затем...".Несколько подобных перлов я читала.В традиционной постановке важны не стереотипы, а дух. Там он был соблюден, и с великими певцами в главных ролях публика получала "ожог". Д.Ч. расправился именно с этим духом и даже на музыку замахнулся. Вам нравится - ради бога. любой режиссер может делать все, что угодно, и иметь успех, но все эти разговоры о революции в театре и великом достижении - полная ерунда.
Я же как зритель именно ожога не получаю, потому что когда действие огрубляется постоянной истерикой некоторых персонажей, а в главных сценах персонажи сочувствия не вызывают - о каком ожоге может идти речь. Причем даже не привязываясь к сюжету Онегина. Можно сделать что-то непривычное, но дело в качестве этой непривычности.

Ленский может сидеть хоть на трубе центрального отопления, но он обязан держать зал и никто не должен ему мешать. Здесь же был "оживляж" сцены, куча народу ходила туда-сюда, смешной секундант, жуткая бабуля. От Ленского просто ничего не осталось, кроме голоса. И голос вступил в противоречие с видеорядом, о чем я писала не один раз. тем более, это был не Ленский.

Уважения как раз не наблюдается в подходе Чернякова и это не преступление, а ошибка. Покровский, насколько понимаю, новаторством в Онегине не занимался, и переставил чуть по-своему то, что было в императорском театре. Я уверена, что получи он возможность почудить и поноваторствовать в своем спектакле, он бы от этой возможности отказался. Просто потому, что хорошо понял материал. Черняков же решил выразить свои мысли по поводу ,проявить себя как личность, и подошел к этому серьезно. без халтуры. Но слишком многими важными вещами ему захотелось пожертвовать ради своих мыслей по поводу. И это не для меня. Поклонники его Онегина , похоже, как раз предпочитают его мысли мыслям Чайковского с Пушкиным, и имеют на это полное право.

У японцев, похоже метод "неукоснительно точного " соблюдения, и они от этого только выиграли.
Хотя вряд ли возможно соблюдать традиции абсолютно точно, что-нибудь да изменится.

[AlexAt]

Я же как зритель именно ожога не получаю, потому что когда действие огрубляется постоянной истерикой некоторых персонажей, а в главных сценах персонажи сочувствия не вызывают - о каком ожоге может идти речь. Причем даже не привязываясь к сюжету Онегина. Можно сделать что-то непривычное, но дело в качестве этой непривычности.

ну, давайте подумаем: почему же тогда люди плачут на этом спектакле? потому что у них плохой вкус? или они априори подвержены истеричным реакциям? или они не чувствуют того, какого низкого качества постановка вызывает в их душах сострадание и просветление? как Вы думаете?

[8u8]

Поклонники его Онегина , похоже, как раз предпочитают его мысли мыслям Чайковского с Пушкиным, и имеют на это полное право.

мысли чайковского слышны в аудиозаписи. мысли пушкина видны в книге.

[LaHire]

ну, давайте подумаем: почему же тогда люди плачут на этом спектакле? потому что у них плохой вкус? или они априори подвержены истеричным реакциям? или они не чувствуют того, какого низкого качества постановка вызывает в их душах сострадание и просветление? как Вы думаете?

Возможно плачут от бессилия, что не могут встать и уйти. Во время действа. Ибо они воспитанные люди.

P.S. сознаюсь со мной такое было дважды на ЕО ; в постановке Покровского ; но причиной была Зеленская в сцене письма ; невонысимо физически...

[8u8]

так в том и дело, что он перестает глядеть в бумажку по ходу арии. он начинает как абстрактное что-то, а потом абстракция уходит, и он уже про себя и про ольгу. на глазах исчезает эта грань между поэзией и непоэзией, между театром и жизнью, если хотите.

кстати, то же самое в первой арии ленского. только эффект еще сильней, потому что по бумажке-то – "я люблю вас". и точно так же он сначала как бы прячется за "эскусство": вот, мол, какие я стишата начеркал – а потом одухотворяется, идентифицируется с лирическим героем своих стихов, перестает делать вид, что он в маске этого лирического героя (а поначалу делал вид, потому что самоирония лучшая защита от такого человеческого окружения) и как бы говорит: я и есть сам этот герой, неужели вы не видите, как вы можете относиться ко мне как к вашему грандисону-ричардсону, я люблю тебя (недаром он начинает на "вы", а в кульминации срывается на "ты"), и я тебе не belle lettre какое-нибудь.

и ведь тщательно выстроенный сценический параллелизм двух этих арий – это не просто "про ленского", а про художника вообще. (может быть, это черняков про себя самого говорит.) по-моему, в том и величие этого спектакля, что из-под глубокой психологической мотивации героев просвечивает и раскаляет ее что-то большее и очень важное. поэтому и эмоциональный ожог.

[8u8]

Возможно плачут от бессилия, что не могут встать и уйти. Во время действа. Ибо они воспитанные люди.

лично я – от восторга. от той остроты, которую приобретает музыка. оттого, что мне показали нечто ослепительное.

[LaHire]

просвечивает и раскаляет ее что-то большее и очень важное. поэтому и эмоциональный ожог.

"ожоговую терапию" уже обсуждали в теме Бертман "о главном"