Стравинский после "русского" периода

[Daddy]

Вам вообще приходило когда-нибудь в голову, что если субъективное мнение громадного количества людей совпадает, то не свидетельствует ли это о некоторой его объективности ? )

Никоим образом. Вы плохо читали "Материализм и эмпириокритицизм".
В лучшем случае можно говорить об интерсубъективной оценке.
И потом что такое "некоторая" объективность?
Каждый субъект "некоторым образом" объективен, так как, в частности, появляется на свет независимо от своей воли и своего сознания.
"Табак есть некоторым образом растение"(с)

[Predlogoff]

И ДДШ тоже, который говорил: "Как музыканта Стравинского боготворю, как мыслителя - презираю".
Самый одиозный отзыв ИФС о ДДШ об 11-й симфонии последнего: "Эстетически и технически примитивная провинциальная галиматья, длящаяася час".
И Анна Ахматова о том же: "Там песни пролетают по черному страшному небу как ангелы, как птицы, как белые облака".
Вряд ли у какого-нибудь музыковеда можно прочитать что-либо подобное о Шостаковиче. Нисколько не в обиду им: просто у них другая работа.

Мне еще очень нравится отнюдь не восторженный отзыв Г. Гульда об ИФС (даже отрицание интересно, если оно не истерично и нетривиально):
«Стравинский ...не рассматривал неоклассицизм в качестве способа переоборудования старого дома. Скорее, это был для него способ переселиться в совершенно новый, отличный от прежнего и более аккуратно спланированный квартал. Но квартал оказался без зелени, без газонов, как и безо всех приятностей существования...» (« Муз. Академия, 1998, №2, с. 58 ).

Понимаете, какая вещь ....
Ээ....
А, кстати, о ГГ pioneer очень хорошо успел высказаться вот тут:

http://www.forumklassika.ru/showpost...2&postcount=50

Но в данном случае любопытно, что ГГ по поводу Стравинского нашел очень хорошие и образные сравнения, с которыми я вполне могу согласиться. Надеюсь, что те, кому нужны не идеи, а имена, согласятся, что ИМЯ ГГ довольно звучно, чтобы к нему не прислушались те, кому нужен "авторитет имени", а не "авторитет мысли".
Хотя это и метафора, но что-то объективное в этом отчётливо присутствует..... Разделяю ваш восторг по поводу этой цитаты )
Касаемо же деятелей ДРУГИХ искусств, высказывающихся о явлениях из другой сферы, т.е. из музыкальной, то я могу признать право на существование их художественно оформленного мнения, но я не могу согласиться с тем, что они везде и всегда правы и что "сердце" им подсказывает более правильную оценку, чем "ум".
Хотя иногда они попадают в десятку, разве можно это отрицать ??
Лучшее высказывание о музыке принадлежит Пушкину - что любовь это тоже мелодия.

Насчет высказывания Шостаковича, что он презирает Стравинского как мыслителя, я не очень понял - тут надо вспомнить контекст, в котором появились эти слова и привести более широкую цитату или же вспомнить о сопутствующих обстоятельствах, иначе непонятно, что он имеет в виду под "мыслителем".

[Predlogoff]

Никоим образом. Вы плохо читали "Материализм и эмпириокритицизм".

) Не будем фетишизировать.
Я имею в виду не естественно-научное знание, а оценку произведения искусства и вырабатываемое десятилетиями и веками отношение к нему.
Мы же говорим о музыке, а не о теории познания в чистом виде.
Если бы в музыке все можно было подвергнуть естественно-научному разбору, то и разнобою бы не было !
Но музыка сильна своей "знаковостью", а эту категорию может оценить только тот, кто сам владеет некой знаковой системой или же способен отчасти на основания объективного знания, а отчасти интуитивно, но выработать своё собственное отношение к тому или иному явлению искусства.
И тут уж никто меня не убедит, если только не впадать в мистику, что схожие и независимые мнения различных людей об одних и тех же явлениях искусства не имеют под собой объективно-знаковой основы.

[Daddy]

И тут уж никто меня не убедит, если только не впадать в мистику, что схожие и независимые мнения различных людей об одних и тех же явлениях искусства не имеют под собой объективно-знаковой основы.

Жизнь есть сплошная мистика...
Так тогда как быть с высшей степени положительными оценками ИФС такими разными людьми и большими музыкантами и художниками как Рихтер, Шостакович, Ростропович, Ойстрах, Юдина, Ахматова etc., etc.
Разве тут нет "объективно-значимой основы"?
Даже Веберн как-то воскликнул: "Strawinsky ist herrlich!". И это при том, что отношения между ИФС и нововенцами не были гладкими, а такой апологет нововенской школы как Адорно Стравинского весьма не жаловал (как не жаловал он и Хиндемита, кстати говоря).

Разумеется, у каждого есть право не любить и отрицать. Тем более, что великие художники редко говорят друг о друге хорошо (отношения Гайдна и Моцарта скорее исключение). Но когда Толстой ругает Бетховена, то тут интересна для меня характеристика личности Толстого, его концепции искусства. Когда ругается великий мастер, мы поневоле прислушиваемся, даже если не соглашаемся.
В нашей же теме, как я думаю, несколько другая ситуация.

[lerit]

Но когда Толстой ругает Бетховена, то тут интересна для меня характеристика личности Толстого, его концепции искусства. Когда ругается великий мастер, мы поневоле прислушиваемся, даже если не соглашаемся.
В нашей же теме, как я думаю, несколько другая ситуация.

Когда Предлогов ругает Стравинского, то интересна характеристика личности Предлогова... Все равно, кто отзывается: великий мастер или рядовой форумчанин. Вряд ли кто из нас изменит свои пристрастия.

[Predlogoff]

когда Толстой ругает Бетховена, то тут интересна для меня характеристика личности Толстого, его концепции искусства

Как заметил один небезызвестный музыкальный писатель, для Толстого Бетховен еще не был "классиком" ) Если вспомнить, в каком году родился Толстой, то вполне можно объяснить его "живое" и как бы "личное" отношение к этому композитору, который в глазах всех более молодых людей давно уже сделался "классиком".
А для Толстого субъективно это было еще под вопросом.
Так что дело тут не в "личности" Толстого.
Стравинский умер сравнительно недавно, так что нету ничего удивительного в том, что отношение к нему еще не утряслось и статус его в истории музыки может вызывать споры, хотя первые громкие его произведения прогремели в Европе уже целый век назад.
Кстати, идея - праздновать юбилеи произведений )
100 лет "Жар-птице" )))
100 лет "Прометею" )

Отличная мысль: можно идти за этими юбилеями и подробно и постепенно рассматривать творчество композитора - дарю эту идею любителям Стравинского, а я то же самое постараюсь сделать применительно к Скрябину и его поздним сочинениям.
Правда, Скрябин дожил до 1915 года, так что мне мучиться осталось недолго, а вот Стравинский прожил гораздо больше, так что у его почитателей впереди долгая счастливая жизнь, сопровождаемая празднованиями 100-летних юбилеев его сочинений.

[Zavessa]

Когда Предлогов ругает Стравинского, то интересна характеристика личности Предлогова...

Под статью подвести хотите? b3, он же "навсегда заблокированный" forward, он же "навсегда заблокированный" pioneer. Вам что, мало?!

[kjsdh629]

Насчет высказывания Шостаковича, что он презирает Стравинского как мыслителя, я не очень понял - тут надо вспомнить контекст, в котором появились эти слова и привести более широкую цитату или же вспомнить о сопутствующих обстоятельствах, иначе непонятно, что он имеет в виду под "мыслителем".

ДДШ -
Из "Анкеты по психологии творческого процесса" (2-10 сентября, 1927, Детское Село)
...............................................
5. Каков круг интересов музыкальных,
а) Излюбленные композиторы.
Бах И.С, Моцарт, Гайдн, Глюк, Гендель, Бетховен, Шуберт, Шопен, Лист, Мендельсон, Шуман, Брамс, Малер, Шёнберг, Хиндемит, Кшенек, А.Берг, Верди («Аида»), Бэла Барток, Рих.Штраус, Р.Вагнер...

Из русских — на 1-м месте Чайковский и Стравинский; затем Глинка, Даргомыжский («Каменный гость»), Мусоргский (все), Бородин (все), Римский-Корсаков («Китеж», «Золотой петушок»), Рахманинов, Прокофьев, Шебалин...

Резко отрицательное отношение к Скрябину (на 1-м месте! Было всегда!), Брукнеру, Мясковскому, Метнеру, Фейнбергу...

б) Излюбленные типы произведений. Затрудняюсь ответить.

в) Излюбленные отдельные произведения.
[кроме перечисленных в пункте 5а] концерт для оркестра Хиндемита, его же Трио для струнных;
Шуберт — 6-я, 7-я, 8-я симфонии;
«Воццек»;
месса h-moll Баха;
2-я и 4-я симфонии Брамса;
«Саломея» Р.Штрауса;
«Мейстерзингеры» и «Тристан» Вагнера...

Из русских: 4-я, 5-я, 6-я симфонии Чайковского (много хорошего в 1-й, 2-й, 3-й симфониях);
его же симфонические поэмы и 1-й фортепианный концерт; «Свадебка», Серенада для фортепиано, «История солдата», «Эдип» Стравинского;
«Ала и Лоллий» Прокофьева, его же 2-й и 3-й фортепианные концерты...
------------------------------------------------------
1. Д.Д.Шостакович — Х.Наканэ
[сентябрь 1932 г. Ленинград]
Уважаемый Хироши Наканэ..........

.........Охотно исполняю Вашу просьбу насчет моей краткой биографии и списка моих сочинений.
Родился я 25-го сентября 1906 года в Ленинграде. Музыкой начал заниматься в девять лет. В 1919 году поступил в Ленинградскою] консерваторию, которую окончил в 1925 году. Учителями моими были проф[ессор] Л.В.Николаев, Н.А.Сок[олов], М.О.Штейнберг......
..............После окончания консерватории я находился под сильным влиянием так называемой Могучей кучки (так называется группа русских композиторов). В 1926 г. наступил перелом, и на меня оказывали влияние современные] зап[адные] композиторы (Хиндемит, Кшенек, Стравинский). Это заметно на сонате ор.12 и Афоризмах ор.13. (А вот дальше уже - маска советского композитора - ремарка моя)
В последние годы во мне произошел большой перелом. Я понял, что музыка — это не только набор звуков, а искусство, способное воплощать самые глубокие идеи и мысли. Я стал меньше обращать внимание на «голосоведение», «параллелизмы» и прочую премудрость. Я считаю, что для достижения главного, а именно, идейно-философского содержания произведения, это не так важно. Самое главное для художника — это работа над самим собой, над своим мировоззрением. Что касается до содержания моих произведений и их основной идеи, то это можно выразить так. Я являюсь частицей СССР, и я кровно связан со всей замечательной жизнью и идеями моей страны. Активно участвовать в великом строительстве новой прекрасной жизни я мобилизую свое творчество. Постановление ЦК ВКП от 23.IV.1932 года создает все условия для глубокого и пышного расцвета советской музыкальной культуры. Быть одним из борцов и созидателей культуры, это моя основная и главная задача, которую я поставил себе и своему творчеству.
[Д. Шостакович]
ГЦММК, ф. 32, ед. хр. 1880. Черновик письма, датируемого по тексту 1932 г. (после 23 апреля).
1 Наканэ Хироси — японский музыковед, музыкальный критик. Автор книги о киномузыке (1932), а также ряда очерков о музыке Шостаковича в японской музыкальной периодике (1930—40-е гг.)
---------------------------------------------
Д.Д.Шостакович — В.Л.Кубацкому
18 декабря 1926 г. Ленинград
Многоуважаемый Виктор Львович.
.................еще одно у меня к Вам дело. Хочу на концерте 9 января сыграть свою сонату 2 раза, чтобы публика как следует раскусила ее. Она очень трудна для восприятия. Идет соната 12 минут, следовательно, это удлинит концерт на 13-14 минут. Как Вы на это посмотрите?.....................
Первая соната для фортепиано ор. 12 сочинялась в ноябре 1926 г. Ее исполнение в концерте 9 января, первое для Москвы, было четвертым с момента ее создания, о чем сам композитор писал Б.Л.Яворскому (см. письмо от 11 декабря 1926 г.). Идея повторного исполнения Сонаты имела предысторию. Как известно, 12 декабря 1926 г. в Ленинграде Шостакович в качестве пианиста принимал участие в исполнении «Свадебки» И.Ф.Стравинского, подготовленном Ленинградской Государственной капеллой под управлением М.Г.Климова. Из рецензии Н.П. Малкова («Свадебка» И.Стравинского // «Жизнь искусства». 1926. № 51. С. 10) узнаем, что opus Стравинского, из-за непривычности и сложности его музыкального языка, был исполнен дважды. Это обстоятельство, очевидно, побудило Шостаковича провести подобный эксперимент и с Сонатой. Вопрос заранее был оговорен с Б.Л.Яворским (в уже цитированном выше письме от 11 декабря 1926 г.), затем согласован с Кубацким, и 9 января Шостакович осуществил свое намерение.
--------------------------------------------------------
(Из книги Кш. Майера о Шостаковиче)

Наконец, в 1962 году, после почти пятидесятилетнего отсутствия, в Россию прибыл сам Игорь Стравинский.
Визит отца модернизма на родину имел огромное значение, в том числе и политическое. Стравинский всю свою жизнь не скрывал ненависти к большевикам и их идеологии, и по этой причине он в 1925 году отклонил официальное приглашение Анатолия Луначарского выступить в своей родной стране. В те годы исполнение его музыки было еще возможно, на концертных эстрадах звучали почти все его важнейшие произведения, а в 1929 году Борис Асафьев издал свою «Книгу о Стравинском». Но уже в 1930-е годы начались нападки на творца «Весны священной». В 1933 году музыковед Арнольд Альшванг одним из первых написал подобную статью, открывавшуюся утверждением, что Стравинский — «крупный и почти всесторонний художественный идеолог империалистической буржуазии»5. Массированные атаки на великого композитора достигли апогея в 1948 году. Асафьев говорил тогда о Стравинском как о «молотобойце русской мелодии», музыковед Григорий Шнеерсон писал о его «затхлой реакционности», а Хренников — о «затхлой атмосфере», в которой пребывает этот композитор. Еще в 1951 году Израиль Нестьев в статье «Долларовая какофония» заявлял, что Стравинский — «оголтелый проповедник буржуазных модернистов»6.
Стравинский приехал в Советский Союз по приглашению Хренникова, который, как обычно, быстро приспособился к политическим изменениям. Во время трехнедельного пребывания композитора в Москве и Ленинграде его окружали крупные музыканты и старые знакомые: полная обожания Мария Юдина, композиторы Юрий Шапорин, Кара Караев, Карен Хачатурян, дирижер Кирилл Кондрашин, первая жена Прокофьева, сын Римского-Корсакова Владимир, дочь поэта Константина Бальмонта, племянница Стравинского Ксения. Не обошлось без Израиля Нестьева и Бориса Ярустовского -музыковедов, которые прежде состязались в оплевывании Стравинского. Не было только Шостаковича.
Шостакович словно бы избегал этой встречи. В день прилета Стравинского в Москву он находился в Ленинграде, участвуя в праздновании столетия консерватории, и лишь послал оттуда телеграмму, приветствуя «прославленного композитора на родной земле». Когда Стравинский приехал в Ленинград, Шостакович уже был в Москве. Однако им все же довелось встретиться, и даже три раза. В первый раз они мимоходом увиделись 26 сентября на концерте Стравинского в Большом зале консерватории. Вторично они встретились во время торжественного обеда, на котором по приглашению тогдашнего министра культуры Е. Фурцевой присутствовали несколько избранных композиторов. Карен Хачатурян рассказывал, что Шостакович, в высшей степени взволнованный, сидел боком к Стравинскому. Неоднократные попытки последнего завязать беседу не давали результата: Шостакович отвечал односложно и разговора не поддерживал. Уже казалось, что из встречи ничего не получится, когда Стравинский внезапно спросил: «Вы любите Пуччини?» Шостакович почти выкрикнул: «Терпеть не могу, терпеть не могу!» — что вызвало нескрываемую радость Стравинского, и диалог как-то наладился.
О третьей встрече, состоявшейся перед отъездом Стравинского, писал Роберт Крафт:
«10 октября 1962 года.
<...> Вечерний прощальный банкет в "Метрополе" — приятная встреча без речей и официальной атмосферы. Настроение становится даже слишком свободным, и по залу начинают летать хлебные шарики и даже яблоки. На этот раз мужья сидят со своими женами, а все жены, с которыми мы познакомились, работают химиками, археологами, врачами, научными работниками.
Шостакович, на сей раз бок о бок со Стравинским, выглядит еще более испуганным и удрученным, чем во время первого «конклава», возможно опасаясь, что от него ждут какого-то выступления. Поначалу заводит разговор на общие темы, а потом внезапно, как робкий ученик, выпаливает, что Симфония псалмов ошеломила его, когда он услышал ее впервые, что он сделал ее переложение для фортепиано и хотел бы подарить его Стравинскому. Желая отплатить за комплимент, Стравинский говорит, что в какой-то степени разделяет его огромное уважение к Малеру. В этот момент Шостакович начинает оттаивать, но тут же снова становится натянутым, когда Стравинский продолжает свою мысль:
— Но нужно пойти дальше Малера. Знаете, венская тройка тоже его обожала, Шёнберг и Веберн дирижировали его произведениями.
Под конец вечера и после некоторого количества "зубровок" Шостакович делает потрясающее признание, что хотел бы последовать примеру Стравинского и дирижировать своей музыкой.
- Только не знаю, что делать, чтобы не волноваться»7. О том, чтобы между двумя великими композиторами завязались добрые отношения, вероятно, не могло быть и речи. Их разделяла пропасть в политических, художественных и эстетических взглядах. К тому же существовали факты, которые в принципе делали корректные отношения невозможными. В конце 1930-х годов Стравинский в «Музыкальной поэтике» очень критически отозвался о Пятой симфонии Шостаковича и даже дошел до утверждения, что Сталин не без оснований осудил «Леди Макбет»; об этой опере он критически высказывался и при других обстоятельствах8. Со своей стороны, Шостакович действительно восхищался некоторыми сочинениями Стравинского, принимал участие в первом российском исполнении «Свадебки», но в худшие годы террора высказывал о нем весьма отрицательные суждения. Все это стало причиной того, что единственная встреча двух мастеров не смогла увенчаться завязыванием близких контактов.
--------------------------------------------------
(продолжение следует.)

[Daddy]

Так что дело тут не в "личности" Толстого.

Все-таки и в личности тоже. Это стало мне понятно после Шпенглера. Гомеровская пластичность Толстого была вряд ли совместима с темными лабиринтами позднего бетховенского контрапункта.

100 лет "Жар-птице" )))
100 лет "Прометею" )

Ну, вот в данном случае сыграю на Вашей стороне. С вершин "Прометея" только через очень сильную подзорную трубу можно разглядеть "Жар-птицу". Это еще не тот Стравинский. ("Это еще не тот Малер" (с) etc.).

Отличная мысль: можно идти за этими юбилеями и подробно и постепенно рассматривать творчество композитора - дарю эту идею любителям Стравинского, а я то же самое постараюсь сделать применительно к Скрябину и его поздним сочинениям.
Правда, Скрябин дожил до 1915 года, так что мне мучиться осталось недолго, а вот Стравинский прожил гораздо больше, так что у его почитателей впереди долгая счастливая жизнь, сопровождаемая празднованиями 100-летних юбилеев его сочинений.

Я уж лучше буду отмечать 200-летия бетховенских опусов. В этом году, кажется, 5-го концерта?

[lerit]

В общем, ни одна личность не может быть взята в качестве точки отсчета, кроме собственной.