Перевод Рождественской оратории есть в книге М.А.Сапонова
"Шедевры Баха по-русски".Книга пока есть в издательстве
и её можно приобрести.Рекомендую!
Трудом Valenta восхищен!
Действительно, "из рода Давидова". Спасибо, что обратили внимание. Я последовал здесь устойчивой в Православии ассоциации "лев из колена Иудина" в соответствии <...>
Вопрос о том, насколько далеко можно следовать "православным ассоциациям",- краеугольный камень в переводах богослужебных текстов с иностранных языков на русский. Надеюсь, Вы хорошо это понимаете.
...perversi difficile corriguntur et stultorum infinitus est numerus...
Вопрос о том, насколько далеко можно следовать "православным ассоциациям",- краеугольный камень в переводах богослужебных текстов с иностранных языков на русский. Надеюсь, Вы хорошо это понимаете.
Да понимаю. Всего не углядишь. Я и выкладываю здесь переводы помимо прочего и для того, чтобы выявить с вашей помощью ошибки и недочёты.
Кто вверяет себя любящему Богу Кантата на 5-е воскресенье по Троице
Wer nur den lieben Gott lässt walten Und hoffet auf ihn allezeit, Den wird er wunderlich erhalten In allem Kreuz und Traurigkeit. Wer Gott, dem Allerhöchsten, traut, Der hat auf keinen Sand gebaut.
Кто вверяет себя любящему Богу и всегда надеется на Него, того чудесно сохранит Он во всякой скорби и печали. Кто уповает на Бога Вседержителя, тот созидает (дом свой) не на песке.
Was helfen uns die schweren Sorgen? Sie drücken nur das Herz Mit Zentnerpein, mit tausend Angst und Schmerz. Was hilft uns unser Weh und Ach? Es bringt nur bittres Ungemach. Was hilft es, dass wir alle Morgen mit Seufzen von dem Schlaf aufstehn Und mit beträntem Angesicht des Nachts zu Bette gehn? Wir machen unser Kreuz und Leid Durch bange Traurigkeit nur größer. Drum tut ein Christ viel besser, Er trägt sein Kreuz mit christlicher Gelassenheit.
Кто поможет нам в тяжких обстояниях? Ах, гнетут они сердце сторичными муками, тьмочисленными страхами и скорбью. Кто поможет нам в бедах и воздыханьях? Обдержат нас одни лишь горькие печали. Кто поможет нам, когда на всякое утро с воздыханиями восстаём мы с ложа своего, и с орошённым слезами лицем отходим вечером ко сну? Мы обретаем крест и страдания, но от уныния они лишь умножаются. Посему для христианина гораздо лучше, когда несём мы крест, но смиряемся ради Христа.
Man halte nur ein wenig stille, Wenn sich die Kreuzesstunde naht, Denn unsres Gottes Gnadenwille Verlässt uns nie mit Rat und Tat. Gott, der die Auserwählten kennt, Gott, der sich uns ein Vater nennt, Wird endlich allen Kummer wenden Und seinen Kindern Hilfe senden.
Да сохранится мир (в душах наших), когда настаёт время креста, ибо милость нашего Бога никогда не оставляет нас вразумлением и поддержкой. Бог, Который знает избранных Своих, Бог, Которого именуем мы Отцом, всеконечно упразднит всякую печаль и ниспошлет помощь чадам Своим.
Er kennt die rechten Freudesstunden, Er weiß wohl, wenn es nützlich sei; Wenn er uns nur hat treu erfunden Und merket keine Heuchelei, So kömmt Gott, eh wir uns versehn, Und lässet uns viel Guts geschehn.
Он знает, когда радости часы нам дать, чтобы сие пошло на пользу. Когда Он в нас лишь верность обретёт, не обнаружит никакого лицемерья, придёт к нам Бог и прежде ожиданья, и одарит великой благодатью.
Denk nicht in deiner Drangsalhitze, Wenn Blitz und Donner kracht Und die ein schwüles Wetter bange macht, Dass du von Gott verlassen seist. Gott bleibt auch in der größten Not, Ja gar bis in den Tod Mit seiner Gnade bei den Seinen. Du darfst nicht meinen, Dass dieser Gott im Schoße sitze, Der täglich wie der reiche Mann, In Lust und Freuden leben kann. Der sich mit stetem Glücke speist, Bei lauter guten Tagen, Muß oft zuletzt, Nachdem er sich an eitler Lust ergötzt, "Der Tod in Töpfen" sagen. Die Folgezeit verändert viel! Hat Petrus gleich die ganze Nacht Mit leerer Arbeit zugebracht Und nichts gefangen: Auf Jesu Wort kann er noch einen Zug erlangen. Drum traue nur in Armut, Kreuz und Pein Auf deines Jesu Güte Mit gläubigem Gemüte; Nach Regen gibt er Sonnenschein Und setzet jeglichem sein Ziel.
Не думай в пламени нужды твоей, когда сверкают молнии и гром стрясает поникшую природу, что ты покинут Богом. Господь с тобою в величайших скорбях, и даже в смерти Он Своею благодатью не оставляет тех, которые – Его. Не завидуй тому, кто, яко бог, восседает в роде своем, кто ежедневно, как богач, пиршествует блистательно, мнит, что вкушает постоянное счастье, наслаждаясь благими днями, удовлетворяя все тщеславные похоти. Тот при конце своем обретёт тяжкую смерть. Но со временем всё меняется! Петр во всю ночь впустую протрудился и ничего не поймал, а после слова Иисуса не мог вытащить сеть. Посему в бедности, кресте и мучении уповай на благодать Иисуса верующим сердцем. После непогоды дарует Он свет солнца, и каждый пожинает свои плоды.
Ich will auf den Herren schaun Und stets meinem Gott vertraun. Er ist der rechte Wundermann. Der die Reichen arm und bloß Und die Armen reich und groß Nach seinem Willen machen kann.
Желаю я взирать на Господа и всегда быть верным Богу моему. Он творит великие чудеса. Царства оскудевают и падают, нищие преисполняются благ, и всё сие – по воле Его.
Sing, bet und geh auf Gottes Wegen, Verricht das Deine nur getreu Und trau des Himmels reichem Segen, So wird er bei dir werden neu; Denn welcher seine Zuversicht Auf Gott setzt, den verlässt er nicht.
Пой, молись и иди по Божьему пути, будь только всем существом своим верен Ему, и обрящешь истинную небесную благодать, которая обновит тебя; ибо кто возлагает на Бога упование своё, тот никогда не лишится её.
Чтения. Апостол: 1 Петра 3, 8-15. Евангелие: Луки 5, 1-11.
Лейпциг, 1724. 1-е исполнение: 9 июля 1724, Лейпциг.
В Боге утверждаю я душу и сердце Кантата на 3-е воскресенье перед Постом
Ich hab in Gottes Herz und Sinn Mein Herz und Sinn ergeben, Was böse scheint, ist mein Gewinn, Der Tod selbst in mein Leben. Ich bin ein Sohn des, der den Thron Des Himmels aufgezogen; Ob er gleich schlägt und Kreuz auflegt, Bleibt doch sein Herz gewogen.
В Боге утверждаю я душу и сердце, когда внутренняя моя подвигается на злое и смерть входит в жизнь мою. Я – чадо Того, Чей престол утверждается превыше небес, Кто, наказывает ли, возлагает ли крест – всегда сердечно благоволит мне.
Es kann mir fehlen nimmermehr! Es müssen eh'r Wie selbst der treue Zeuge spricht, Mit Prasseln und mit grausem Knallen Die Berge und die Hügel fallen: Mein Heiland aber trüget nicht, Mein Vater muss mich lieben. Durch Jesu rotes Blut bin ich in seine Hand geschrieben; Er schützt mich doch! Wenn er mich auch gleich wirft ins Meer, So lebt der Herr auf großen Wassern noch, Der hat mir selbst mein Leben zugeteilt, Drum werden sie mich nicht ersäufen. Wenn mich die Wellen schon ergreifen Und ihre Wut mit mir zum Abgrund eilt, So will er mich nur üben, Ob ich an Jonam werde denken, Ob ich den Sinn mit Petro auf ihn werde lenken. Er will mich stark im Glauben machen, Er will vor meine Seele wachen Und mein Gemüt, Das immer wankt und weicht in seiner Güt, Der an Beständigkeit nichts gleicht, Gewöhnen, fest zu stehen. Mein Fuß soll fest Bis an der Tage letzten Rest Sich hier um diesen Felsen gründen. Halt ich denn Stand, Und lasse mich in felsenfesten Glauben finden, weiß seine Hand, Die er mich schon vom Himmel beut, zu rechter Zeit Mich wieder zu erhöhen.
Невозможно усомниться: свершится истинно – как Сам Он, верный Свидетель, глаголет, – что с грохотом, страшно восшумев, падут горы и холмы. Но неложен Спаситель: Отец мой небесный любит меня. Кровью Иисуса, десницею Его записан я (в Книгу Жизни), Он – защита моя! Если же ввергнет Он меня в море, то живёт Господь и в пучинах морских; Он дарует мне жизнь, посему не потопят меня воды сии. Когда обуреваюсь я волнами, яростно низвергающимися в бездну – Он испытует меня: убегу ли я от Него, как Иона, отречётся ли, как Петр, мое сердце от Него. Он укрепляет меня в вере, Он бдит над душою моею, и дух мой утверждается в благодати Его, надёжнее коей нет ничего, и сможет всегда устоять. Да не подвижится нога моя до последнего дня с твердого камени сего! Да укрепит меня (Господь), да созиждет непоколебимой мою веру, и помощью десницы Своей в уготованные мне небесные обители во оное время возвысит паки.
Seht, seht! wie reißt, wie bricht, wie fällt, Was Gottes starker Arm nicht hält. Steht aber fest und unbeweglich prangen, Was unser Held mit seiner Macht umfangen. Laßt Satan wüten, rasen, krachen, Der starke Gott wird uns unüberwindlich machen.
Смотрите, как рушится, как падает, как преходит всё, что не поддерживается сильною мышцею Божией. Но то пребывает в неизменном величии, что объемлет наш Заступник всемогуществом Своим. Пусть сатана бушует, неистовствует, беснуется – сила Божия соделывает нас непобедимыми.
Zudem ist Weisheit und Verstand Bei ihm ohn alle Maßen, Zeit, Ort und Stund ist ihm bekannt, Zu tun und auch zu lassen. Er weiß, wenn Freud, er weiß, wenn Leid Uns, seinen Kindern, diene, Und was er tut, ist alles gut, Ob's noch so traurig schiene.
Безмерны мудрость и разум Его, известны Ему времена, места и сроки, когда действовать и что оставлять. Он знает, когда радость, Он знает, когда горе послужит нам, чадам Его, и то, что Он творит – всё благо, даже если и кажется нам скорбью.
Wir wollen uns nicht länger zagen Und uns mit Fleisch und Blut, Weil wir in Gottes Hut, So furchtsam wie bisher befragen. Ich denke dran, Wie Jesus nicht gefürcht' das tausendfache Leiden; Er sah es an Als eine Quelle ewger Freuden. Und dir, mein Christ, Wird deine Angst und Qual, dein bitter Kreuz und Pein Um Jesu willen Heil und Zucker sein. Vertraue Gottes Huld Und merke noch, was nötig ist: Geduld! Geduld!
Итак, да не унываем впредь, и не последуем, как прежде, рабству (падшей) плоти и крови, ибо Бог – прибежище наше. Я помышляю о том, как Иисус не страшился тьмочисленных страданий, но взирал на них, как на источник вечных (для нас) радостей. И тебе, о христианин, твои страхи и скорби, твой горький крест и мученье ради Иисуса становятся спасеньем и сладостью. Доверяй же милости Бога и помни, что необходимо: терпение! терпение!
Das Brausen von den rauhen Winden Macht, dass wir volle Ähren finden. Des Kreuzes Ungestüm schafft bei den Christen Frucht, Drum lasst uns alle unser Leben Dem weisen Herrscher ganz ergeben. Küsst seines Sohnes Hand, verehrt die treue Zucht.
Тучи, приносимые суровыми ветрами, произращают нам полные колосья. Безумие Креста приносит христианам плод, посему всю нашу жизнь всецело предадим всепремудрому Господу. Лобызаем десницу Сына Божия, почитаем Его истинное пастырство.
Ei nun, mein Gott, so fall ich dir Getrost in deine Hände. Bass So spricht der gottgelassne Geist, Wenn er des Heilands Brudersinn Und Gottes Treue gläubig preist. Nimm mich, und mache es mit mir Bis an mein letztes Ende. Tenor Ich weiss gewiss, Dass ich ohnfehlbar selig bin, Wenn meine Not und mein Bekümmernis Von dir so wird geendigt werden: Wie du wohl weißt, dass meinem Geist Dadurch sein Nutz entstehe, Alt Dass schon auf dieser Erden, Dem Satan zum Verdruss, Dein Himmelreich sich in mir zeigen muss Und deine Ehr je mehr und mehr Sich in ihr selbst erhöhe, Sopran So kann mein Herz nach deinem Willen Sich, o mein Jesu, selig stillen, Und ich kann bei gedämpften Saiten Dem Friedensfürst ein neues Lied bereiten.
Се, мой Боже, предаюсь я со дерзновением в руки Твои! Бас Так говорит обретший Бога дух, когда он человеколюбие Спасителя и верность Бога восхваляет с верою. Прими меня, и управи мною до последнего моего часа. Тенор Я твердо знаю, что несомненно обрету блаженство, когда Ты пресечёшь мои нужды и печали: как угодно Тебе, на пользу души моей, Альт чтобы уже здесь, на земле, к посрамлению сатаны открылось во мне небесное Царство Твое, дабы слава Твоя всё более и более возвышалась чрез нас, (христиан). Сопрано Так сердце мое благодатью Твоею о, мой Иисусе, блаженно упокоится в Тебе, и я смогу чистейшими звучаньми вознести Владыке мира новую песнь.
Meinem Hirten bleib ich treu. Will er mir den Kreuzkelch füllen, Ruh ich ganz in seinem Willen, Er steht mir im Leiden bei. Es wird dennoch, nach dem Weinen, Jesu Sonne wieder scheinen. Meinem Hirten bleib ich treu. Jesu leb ich, der wird walten, Freu dich, Herz, du sollst erkalten, Jesus hat genug getan. Amen: Vater, nimm mich an!
Я верен Пастырю моему! Когда уготовляется мне крестная чаша, всецело упокоеваюсь я в воле Его, ибо Он со мной в страданиях моих. Но всеконечно после (горьких) слёз Иисус, моё Солнце, воссияет вновь. Я верен Пастырю моему! Иисусу я живу, Он упасёт меня. Возрадуйся, сердце, ты утешишься во всём, что сотворил мне Иисус. Аминь! Отче, приими меня!
Soll ich den auch des Todes Weg Und finstre Straße reisen, Wohlan! ich tret auf Bahn und Steg, Den mir dein Augen weisen. Du bist mein Hirt, der alles wird Zu solchem Ende kehren, Dass ich einmal in deinem Saal Dich ewig möge ehren.
Мне предстоит взойти во врата смерти и проходить дорогой мрака, но – о радость! в конце сего пути узрю Тебя очами я своими. Ты – Пастырь мой, ведущий всё к блаженному концу, когда в Твоем чертоге смогу я вечно восхвалять Тебя.
Что мне в мире и во всех сокровищах его Кантата на 9-е воскресенье по Троице
Was frag ich nach der Welt Und allen ihren Schätzen Wenn ich mich nur an dir, Mein Jesu, kann ergötzen! Dich hab ich einzig mir Zur Wollust fürgestellt, Du, du bist meine Ruh: Was frag ich nach der Welt!
Что мне в мире и во всех сокровищах его, когда только Ты, мой Иисусе, – радость моя! Лишь в Тебе мое утешенье, Ты, Ты – мой покой: что мне в мире?
Die Welt ist wie ein Rauch und Schatten Der bald verschwindet und vergeht, Weil sie nur kurze Zeit besteht. Wenn aber alles fällt und bricht, Bleibt Jesus meine Zuversicht, An dem sich meine Seele hält. Darum: was frag ich nach der Welt!
Мир – как дым и тень: скоро исчезает и преходит, ибо временен он и краток. Когда же всё падет и рушится, Иисус – прибежище мое, в Нём утверждается душа моя. Посему – что мне в мире?
Die Welt sucht Ehr und Ruhm Bei hocherhabnen Leuten. Ein Stolzer baut die prächtigsten Paläste, Er sucht das höchste Ehrenamt, Er kleidet sich aufs beste In Purpur, Gold, in Silber, Seid und Samt. Sein Name soll für allen In jedem Teil der Welt erschallen. Sein Hochmuts-Turm Soll durch die Luft bis an die Wolken dringen, Er trachtet nur nach hohen Dingen Und denkt nicht einmal dran, Wie bald doch diese gleiten. Oft bläset eine schale Luft Den stolzen Leib auf einmal in die Gruft, Und da verschwindet alle Pracht, Wormit der arme Erdenwurm Hier in der Welt so grossen Staat gemacht. Ach! solcher eitler Tand Wird weit von mir aus meiner Brust verbannt. Dies aber, was mein Herz Vor anderm rühmlich hält, Was Christen wahren Ruhm und rechte Ehre gibet, Und was mein Geist, Der sich der Eitelkeit entreißt, Anstatt der Pracht und Hoffart liebet, Ist Jesus nur allein, Und dieser solls auch ewig sein. Gesetzt, dass mich die Welt Darum vor töricht hält: Was frag ich nach der Welt!
Обольщается мирскою честью и славой мнящий высоко о себе человек. Гордец возводит великолепные дворцы, ищет власти и почёта, он роскошно одевается – в пурпур, злато, сребро, в шелка и бархат. Его имя возглашается по всем концам земли; башня его высокомерия вздымается превыше облаков, стремится он только к превозношенью; и даже не думает о том, как скоро всё преходит. Вдруг болезненное поветрие сдувает гордую плоть в могилу, и исчезает всё великолепие там, где смиренный червь обратил в прах могучие царства мира сего. Ах! сей тщеславной мишуре не прилепляйся душою своею. Но вот что, о сердце моё, предпочти всему иному: стяжевай истинную христианскую славу и честь, отжени от духа своего всякое тщеславие, и вместо роскоши и величанья возлюби Единого Иисуса, и Он вечно пребудет с тобою. Конечно, мир за это сочтёт меня безумным, но – что мне в мире!
Betörte Welt, betörte Welt! Auch dein Reichtum, Gut und Geld Ist Betrug und falscher Schein. Du magst den eitlen Mammon zählen, Ich will davor mir Jesum wählen; Jesus, Jesus soll allein Meiner Seele Reichtum sein. Betörte Welt, betörte Welt!
О, льстивый мир, коварный мир! Твое богатство, деньги, благосостоянье есть лишь обман, мираж и суета. Считаешь ты тщеславные стяжанья, я прилепляюсь сердцем моему Иисусу; лишь Иисус, Иисус един – души моей богатство. О льстивый мир, коварный мир!
Die Welt bekümmert sich. Was muss doch wohl der Kummer sein? O Torheit! dieses macht ihr Pein: Im Fall sie wird verachtet. Welt, schäme dich! Gott hat dich ja so sehr geliebet, Dass er sein eingebornes Kind Vor deine Sünd Zur größten Schmach um dein Ehre gibet, Und du willst nicht um Jesu willen leiden? Die Traurigkeit der Welt ist niemals größer, Als wenn man ihr mit List Nach ihren Ehren trachtet. Es ist ja besser, Ich trage Christi Schmach, Solang es ihm gefällt. Es ist ja nur ein Leiden dieser Zeit, Ich weiß gewiss, dass mich die Ewigkeit Dafür mit Preis und Ehren krönet; Ob mich die Welt Verspottet und verhöhnet, Ob sie mich gleich verächtlich hält, Wenn mich mein Jesus ehrt: Was frag ich nach der Welt!
Мир восскорбел. Что ж опечалило его? О, безумие! вот что его мучает – он отвергаем в падении своём. Мир, устыдись! Бог так возлюбил тебя, что за грехи твои Своего Единородного Сына отдал на величайшее уничижение ради чести твоей. И ты не хочешь пострадать ради Иисуса? Что может быть прискорбнее, когда с вожделением ищут люди земной славы. Но се, лучше я понесу немощь Христову, ибо это благоугодно Ему. Сии временные страдания – я знаю это твердо – в вечности доставят мне награду и венец; и пусть мир сей смеётся и издевается, пусть он пренебрегает мной – увенчает меня честью Иисус: что мне в мире!
Die Welt kann ihre Lust und Freud, Das Blendwerk schnöder Eitelkeit, Nicht hoch genug erhöhen. Sie wühlt, nur gelben Kot zu finden, Gleich einem Maulwurf in den Gründen Und lässt dafür den Himmel stehen.
Похоти и увеселения мира – иллюзия жалкого тщеславия, наваждение, – и ничего более. Мятется он, но обретает лишь навоз. Мир сей – как крот; он роется в земле и оставляет ради неё небо.
Es halt es mit der blinden Welt, Wer nichts auf seine Seele hält, Mir ekelt vor der Erden. Ich will nur meinen Jesum lieben Und mich in Buß und Glauben üben, So kann ich reich und selig werden.
Считается с слепотствующим миром, кто ни во что вменяет свою душу; мне ж отвратительна земля. Желаю я любить лишь только Иисуса и поучаться в покаянии и вере, дабы стяжать блаженство и (небесное) богатство.
Was frag ich nach der Welt! Im Hui muss sie verschwinden, Ihr Ansehn kann durchaus Den blassen Tod nicht binden. Die Güter müssen fort, Und alle Lust verfällt; Bleibt Jesus nur bei mir: Was frag ich nach der Welt!
Was frag ich nach der Welt! Mein Jesus ist mein Leben, Mein Schatz, mein Eigentum, Dem ich mich ganz ergeben, Mein ganzes Himmelreich, Und was mir sonst gefällt. Drum sag ich noch einmal: Was frag ich nach der Welt!
О, что мне в мире! В мгновенье ока он исчезнет, не оставит даже вида его (всепоглощающая) смерть. Стяжанья все прейдут со всякой похотью земной, Иисус же пребудет со мною: что мне в мире!
О, что мне в мире! Иисус – жизнь моя, мое сокровище, моё наследство; Ему всецело предаю себя. Он – моё небесное царство, в Нём – всякая услада (сердца моего). Посему я паки возглашаю: о, что мне в мире!
Христос есть жизнь моя Кантата на 16-е воскресенье по Троице
Сhristus, der ist mein Leben, Sterben ist mein Gewinn; Dem tu ich mich ergeben, Mit Freud fahr ich dahin. Mit Freuden, Ja mit Herzenslust Will ich von hinnen scheiden. Und hieß es heute noch: Du musst! So bin ich willig und bereit. Den armen Leib, die abgezehrten Glieder, Das Kleid der Sterblichkeit Der Erde wieder In ihren Schoß zu bringen. Mein Sterbelied ist schon gemacht; Ach, dürft ichs heute singen! Mit Fried und Freud ich fahr dahin, Nach Gottes Willen, Getrost ist mir mein Herz und Sinn, Sanft und stille. Wie Gott mir verheißen hat: Der Tod ist mein Schlaf geworden.
Христос есть жизнь моя, и смерть – приобретенье; ей покорившись, радостно я отхожу к Нему. С каким желанием и сердца ликованьем покинул бы я этот мир! И если ныне скажут мне: иди! – послушен был бы, и готов усталым телом, немощною плотью облечься в смерть и возвратиться в землю, из коей изошло оно. Се, раздавайся погребальный плач! ах! если б мне воспеть уже сейчас: С миром и радостью я отхожу по Божьей воле, кротко и тихо воспряли сердце моё и душа. Определением Божьим смерть стала сном мне.
Nun, falsche Welt! Nun habe ich weiter nichts mit dir zu tun; Mein Haus ist schon bestellt, Ich kann weit sanfter ruhn, Als da ich sonst bei dir, An deines Babels Flüssen, Das Wollustsalz verschlucken müssen, Wenn ich an deinem Lustrevier Nur Sodomsäpfel konnte brechen. Nein, nein! nun kann ich mit gelassnerm Mute sprechen:
Что ж, лживый мир! отныне нет мне ничего в тебе! Уже готова мне обитель, где я навечно упокоюсь, и уж не быть мне никогда на твоих реках Вавилонских, когда вкушал страстей я горечь и в властной похоти твоей лишь плод Содома находил. Но се, теперь могу сказать с спокойным мужеством:
Valet will ich dir geben, Du arge, falsche Welt, Dein stündlich böses Leben Durchaus mir nicht gefällt. Im Himmel ist gut wohnen, Hinauf steht mein Begier. Da wird Gott ewig lohnen Dem, der ihm dient allhier.
Я говорю тебе «прощай», о падший, льстивый мир. Влачение грехов твоих всецело отвергает дух мой. На небе – жизнь и благодать, туда – стремление моё. Там вечностью вознаградит Бог тех, кто служит Ему здесь.
Ach könnte mir doch bald so wohl geschehn, Dass ich den Tod, Das Ende aller Not, In meinen Gliedern könnte sehn; Ich wollte ihn zu meinem Leibgedinge wählen Und alle Stunden nach ihm zählen.
Ах, скорее бы мне узреть пришедшую ко мне благую смерть, всех бедствий пресеченье. Пусть будет она блюстителем моим, дабы сверять с ней всякое мгновенье.
Ach, schlage doch bald, selge Stunde, Den allerletzten Glockenschlag! Komm, komm, ich reiche dir die Hände, Komm, mache meiner Not ein Ende, Du längst erseufzter Sterbenstag!
Ах, пробей скорей, блаженный час, погребальный колокол, ударь! Приди, приди, я простираю к тебе руки, приди и положи конец моим страданьям, о, столь желаемый день смерти!
Denn ich weiß dies Und glaub es ganz gewiss, Dass ich aus meinem Grabe Ganz einen sichern Zugang zu dem Vater habe. Mein Tod ist nur ein Schlaf. Dadurch der Leib, der hier von Sorgen abgenommen, Zur Ruhe kommen. Sucht nun ein Hirte sein verlornes Schaf, Wie sollte Jesus mich nicht wieder finden, Da er mein Haupt und ich sein Gliedmaß bin! So kann ich nun mit frohen Sinnen Mein selig Auferstehn auf meinen Heiland gründen.
Я знаю сие и твёрдо верую, что могила моя – верный путь к Небесному Отцу. Смерть – лишь только сон, когда тело, отрешившись от суеты, обретает покой. Взыскует пастырь пропавшую овцу; возможно ли, чтобы Иисус не обрёл меня, ведь Он – Глава моя, я – член Тела Его! Се, радостным сердцем уповаю я на святое воскресение в Спасителе моем.
Weil du vom Tod erstanden bist, Werd ich im Grab nicht bleiben; Dein letztes Wort mein Auffahrt ist, Todsfurcht kannst du vertreiben. Denn wo du bist, da komm ich hin, Dass ich stets bei dir leb und bin; Drum fahr ich hin mit Freuden.
Не останусь я во гробе, ибо Ты воскрес из мертвых; избавляешь Ты меня от страха смерти, ибо восстану я по слову Твоему. Где Ты, там и я буду, дабы вечно жить с Тобою; посему отхожу к Тебе я с радостью.
Господь Иисус Христос, Единый Сын Кантата на 18-е воскресенье по Троице
Herr Christ, der einge Gottessohn, Vaters in Ewigkeit, Aus seinem Herzn entsprossen, Gleichwie geschrieben steht, Er ist der Morgensterne, Sein' Glanz streckt er so ferne Vor andern Sternen klar.
Господь Иисус Христос, Единый Сын Превечного Отца, рожденный от Него, как возвещает Писание, – Сей есть звезда утренняя; свет Его яснее всех небесных звёзд.
O Wunderkraft der Liebe, Wenn Gott an sein Geschöpfe denket, Wenn sich die Herrlichkeit Im letzten Teil der Zeit Zur Erde senket. O unbegreifliche, geheime Macht! Es trägt ein auserwählter Leib Den großen Gottessohn, Den David schon Im Geist als seinen Herrn verehrte, Da dies gebenedeite Weib In unverletzter Keuschheit bliebe. O reiche Segenskraft! so sich auf uns ergossen, Da er den Himmel auf-, die Hölle zugeschlossen.
О, чудесная любовь, когда в заботе о Своём твореньи Сам Господь Славы в конце времён снисходит на землю. О, недоразумеваемая сила Божия! Человеческую плоть принимает великий Божий Сын, Которого уже Давид в духе почитал Господом; Пресвятая Жена остаётся в нерушимом девстве. О, преизобильная благодать! так излилась она на нас, что небо нам отверсто, ад заключён.
Ach, ziehe die Seele mit Seilen der Liebe, O Jesu, ach zeige dich kräftig in ihr! Erleuchte sie, dass sie dich gläubig erkenne, Gib, dass sie mit heiligen Flammen entbrenne, Ach würke ein gläubiges Dürsten nach dir!
Ах! силой любви привлеки мою душу, о, Иисусе, Сам могущественно запечатлейся в ней! Познав Тебя, просвещается душа. Даруй, да пламенеет она огнём (благодати), о! утоли жажду веры её!
Ach, führe mich, o Gott, zum rechten Wege, Mich, der ich unerleuchtet bin, Der ich nach meines Fleisches Sinn So oft zu irren pflege; Jedoch gehst du nur mir zur Seiten, Willst du mich nur mit deinen Augen leiten, So gehet meine Bahn Gewiss zum Himmel an.
Ах! укажи мне, Боже, правый путь, ибо свет, который во мне – тьма, ибо хожу я по воле плоти, которая – всегда обман. Но Ты веди меня стезями (правды); лишь призри на меня очами Своими, и обрету я незаблудный путь (к Тебе) на небо.
Bald zur Rechten, bald zur Linken Lenkte sich mein verirrter Schritt. Gehe doch, mein Heiland, mit, Laß mich in Gefahr nicht sinken, Laß mich ja dein weises Führen Bis zur Himmelspforte spüren!
И одесную, и ошуюю поддержи мои слабые шаги! Будь со мною, о Спаситель, да не ввергнусь в искушения, да введёт меня Твоя премудрость в небесные врата.
Ertöt uns durch dein Güte, Erweck uns durch dein Gnad; Den alten Menschen kränke, Dass er neu Leben hab Wohl hier auf dieser Erden, Den Sinn und all Begierden Und G'danken hab'n zu dir.
Прими нас в смерти благостью Твоею, восстави нас Твоею милостью. Не вмещает ветхий человек, что может быть на сей земле новая благая жизнь, когда сердце и все желания и помышления устремляются к Тебе.
In allem meinen Taten Laß ich den Höchsten raten, Der alles kann und hat; Er muss zu allen Dingen, Solls anders wohl gelingen, Selbst geben Rat und Tat.
Во всех моих делах да вразумит меня Всевышний, Всесильный, Вседержитель. Он знает суть всего; Никто иной не может в совершенстве, как Он, помочь и научить.
Nichts ist es spät und frühe Um alle sein Mühe, Mein Sorgen ist umsonst. Er mags mit meinen Sachen Nach seinem Willen machen, Ich stells in seine Gunst.
От зари и до зари выбиваюсь я из сил – и всуе все заботы. Но может Бог мои дела в Своей управить воле, когда вверяю я себя благоутробию Его.
Es kann mir nichts geschehen, Als was er hat ersehen, Und was mir selig ist: Ich nehm es, wie ers gibet; Was ihm von mir beliebet, Das hab ich auch erkiest.
Со мной произойдёт лишь то, что усмотрел Господь и что идёт к спасенью моему. Я принимаю всё, как дар Его; и что Ему угодно, то избираю и я.
Ich traue seiner Gnaden, Die mich vor allem Schaden, Vor allem Übel schützt. Leb ich nach seinen Gesetzen, So wird mich nichts verletzen, Nichts fehlen, was mir nützt.
Уповаю я на милосердие Его, которым покрывает Он меня от всех напастей, зол и обстояний. Когда живу по заповедям Его, ничто не может повредить мне, но обретаю я во всём лишь пользу.
Er wolle meiner Sünden In Gnaden mich entbinden, Durchstreichen meine Schuld! Er wird auf mein Verbrechen Nicht stracks das Urteil sprechen Und haben noch Geduld.
Он разрешает меня от грехов по великой милости Своей и прощает мою вину. На мое преступление не износит Он тотчас приговор, но долготерпит мне.
Leg ich mich späte nieder, Erwache frühe wieder, Lieg und ziehe fort, In Schwachheit und in Banden, Und was mir stößt zuhanden, So tröstet mich sein Wort.
Я поздно ложусь, я рано встаю, падаю и влачусь в немощах и в узах, но всё сие – во благо мне: так утешает меня слово Твое.
Hat er es denn beschlossen, So will ich unverdrossen An mein Verhängnis gehn! Kein Unfall unter allen Soll mir zu harte fallen, Ich will ihn überstehn.
То, что мне Бог определил, с смиреньем я несу: се – моя участь! И величайшее несчастье не станет слишком тяжким мне, ибо терплю я всё ради Него.
Ich hab mich ihm ergeben Zu sterben und zu leben, Sobald er mir gebeut. Es sei heut oder morgen, Dafür lass ich ihn sorgen; Er weiß die rechte Zeit.
Ему я предаю жизнь мою и смерть – лишь Он управит их ко благу. Сегодня, или завтра – да будет Его воля; Он ведает, когда призвать меня к Себе.
So sein nun, Seele, deine Und traue dem alleine, Der ich erschaffen hat; Es gehe, wie es gehe, Dein Vater in der Höhe Weiß allen Sachen Rat.
Будь же, душа, собой, и доверяй Тому Единому, Кто создал тебя; Пусть будет, как будет; твой Отец Небесный знает путь всех вещей.
Что Бог творит – всё благо Кантата на 21-е воскресенье по Троице
Was Gott tut, das ist wohlgetan, Es bleibt gerecht sein Wille; Wie er fängt meine Sachen an, Will ich ihm halten stille. Er ist mein Gott, Der in der Not Mich wohl weiß zu erhalten; Drum lass ich ihn nur walten.
Что Бог творит – всё благо, во всём – праведная воля Его. Он созидает жизнь мою, и я смиренно уповаю на Него. Он – мой Бог, в скорбях моих премудро хранящий меня; посему всецело вверяюсь я Ему.
Ach Gott! wenn wirst du mich einmal Von meiner Leidensqual, Von meiner Angst befreien? Wie lange soll ich Tag und Nacht Um Hilfe schreien? Und ist kein Retter da! Der Herr ist denen allen nah, Die seiner Macht Und seiner Huld vertrauen. Drum will ich meine Zuversicht Auf Gott alleine bauen, Denn er verlässt die Seinen nicht.
О, Господи! когда ж Ты наконец освободишь меня от страха и мучительных страданий? Сколько мне ещё день и ночь взывать о помощи, и не обретать спасения! – Господь близок ко всем, кто ходит по воле Его и надеется на милость Его. Посему я предаю жизнь мою Единому Богу, ибо Он не оставляет Своих.
Hört, ihr Augen, auf zu weinen! Trag ich doch Mit Geduld mein schweres Joch. Gott, der Vater, lebet noch, Von den Seinen Läßt er keinen. Hört, ihr Augen, auf zu weinen!
Престаньте от слёз, очи мои! Несу я с терпением тяжкое иго, но жив Бог – отечески Он хранит Своих. Престаньте же от слёз, очи мои!
Gott hat ein Herz, das des Erbarmens Überfluss; Und wenn der Mund vor seinen Ohren klagt Und ihm des Kreuzes Schmerz Im Glauben und Vertrauen sagt, So bricht in ihm das Herz, Dass er sich über uns erbarmen muss. Er hält sein Wort; Er saget: Klopfet an, So wird euch aufgetan! Drum lasst uns alsofort, Wenn wir in höchsten Nöten schweben, Das Herz zu Gott allein erheben!
Бог преисполнен состраданием и милосердием; и когда молитва уст наших восходит во уши Его, и мучительные наши страданья с верою и упованием возвещаются Ему, сердце Его подвигается миловать нас. Он верен слову Своему; глаголет Он: стучите, и отворят вам! Посему всегда, когда обдержат нас величайшие скорби, да возвышаем к Богу сердца наши!
Meinen Jesum lass ich nicht, Bis mich erst sein Angesicht Wird erhören oder segnen. Er allein Soll mein Schutz in allem sein, Was mir Übels kann begegnen.
Я не престану умолять моего Иисуса, пока не обратит ко мне Он лик Свой, не услышит и не благословит меня. Он один – Защитник мой, покрывающий меня от всякого зла.
(Choral ist verschollen)
(Хорал утерян)
Чтения. Апостол: Ефесянам 6, 10-17. Евангелие: Иоанна 4, 46-54.
Лейпциг, 1726. 1-е исполнение – 10 ноября 1726, Лейпциг.
Букеты цветов остаются одним из самых универсальных и понятных способов выразить внимание, заботу и эмоции. Их дарят по самым разным поводам — от личных праздников до официальных мероприятий....
Утверждение в апреле 2024 года стратегии развития АО «Росагролизинг» до 2030 года под руководством Павла Косова стало переходом от этапа стабилизации и количественного роста к фазе качественных...
Приставы незаконно списали все деньги с карты или наложили арест на имущество: как быстро снять ограничения?
Вопрос читателя: «Уважаемая редакция! Я нахожусь в шоковом состоянии и не знаю, куда...
Ответ: Переводы кантат Баха
Ответить с цитированиемСообщение от Valent
Последняя
(Георг Михаэль Пфефферкорн).
Социальные закладки