Дирижёры-аутентисты.

[Nataly]

Мне кажется, что, говоря о клавесинистах нельзя обойти вниманием таких великих музыкантов, как Николаус Арнонкур и Джон Элиот Гардинер. В биографиях и дискографиях всех сколь –нибудь примечательных клавесинистов мы встречаем их имена.


Николаус Арнонкур.







Нikolaus Harnoncourt (полное имя - Le comte Nikolaus de la Fontaine und d'Harnoncourt-Unverzag родился 6 декабря 1929 в Берлине, Германия). Австрийский дирижер, особенно известен по его историческим исполнениям классической и «ранней» музыки.
Он вырос в Граце, в Австрии и изучал музыку в Вене. Его мать, Ladislaja Gräfinvon Meran, Freiinvon Brandhoven, была внучкой габсбургского Эрцгерцога Johann, 13-ым потомком Императора Леопольда II. Таким образом, его род ведёт своё происхождение от Императоров Священной Римской Империи и других европейских королевских домов. Его отец le comte Eberhard de la Fontaine d'Harnoncourt-Unverzagt - инженер, работавший в Берлине. У него было двое сыновей – Nikolaus и его брат Philipp. Семья переселилась в Грац, где Eberhard получил пост губернатора Styria.
Harnoncourt был виолончелистом в Венском Симфоническом оркестре с 1952 до 1969 года.В 1953 году Harnoncourt вместе с женой скрипачкой Alice Hoffelner основал инструментальный ансамбль, практиковавший Historically Informed Performance - «Concentus MusicuWien». Ансамбль исполнял произведения на инструментах периода, и к 1970-ым годам его работа с ним сделала Harnoncourt весьма известным. Сам он играл на виоле да гамба и на виолончели. Для Telefunken (позже Teldec) Harnoncourt сделал многочисленные записи разнообразного барочного репертуара, начинаясь с музыки для виолы да гамба Генри Purcell и кончая такими произведениями, как
«Музыкальное Приношение» И.С.Баха,
ClaudioMonteverdi – «L'incoronazionePoppea»
JeanPhilippeRameau «Сastor et Pollux»
Пичина, почему Harnoncourt оставил Венский Симфонический Оркестр состояла в том, чтобы стать свободным дирижером. Его дебют, как дирижера, состоялся в миланском La Scala в 1970 году с произведением Monteverdi «Il ritorno d'Ulisse in patria»
В 1971 году Harnoncourt начал объединенный проект с дирижером GustavLeonhardt для записей Кантат И.С.Баха. В 1990 году проект был завершен, за исключением кантат номер 51 и 199. Это - единственный цикл кантат с использованием только мужского состава хора и солистов.
В 2001 году им , в качестве дирижера, была выпущена запись «С-MatthewPassion», получившая очень хорошую критику и премию Грэмми. Был выпущен CD-ROM, который включал весь собственноручный манускрипт - написанную Бахом партитуру пьесы. ( третья запись Harnoncourt этой работы Баха)
Harnoncourt впоследствии выступал со многими другими оркестрами, использующими современные инструменты, но все же обращая внимание на историческую подлинность в темпах, динамике и во всём прочем. Он также расширил свой репертуар, продолжая исполнять барочные произведения , сделавшие его известным. Harnoncourt также поддержал репертуар венской оперетты. В последние годы, он сделал эталонную запись симфоний Бетховена с Камерным Оркестром Европы и записал все Фортепианные Концерты Бетховена с Pierre-LaurentAimard.


Кроме того, Harnoncourt–приглашенный дирижер Оркестра Венской филармонии.Он сделал несколько записей с этим оркестром. Между 1987 и 1991 годами он дирижировал четырьмя новыми постановками опер Моцарта в Государственной Венской Опере: (1987-91: Idomeneo; 1988-90: Die Zauberflöte; 1989: Die Entführungaus dem Serail; 1989-1991 годы: Così fan tutte) Он дирижировал Новогодними концертами Венского Филармонического Оркестра 2001 и 2003 годов.В 2002 году он сделал запись Симфонии Номер 9 Anton Bruckner с Венским Филармонческим Оркестром, сопровождающуюся вторым компакт-диском, содержащим лекцию Harnoncourt о симфонии с музыкальными примерами, включая редко исполняемые фрагменты из незаконченного финала.
Harnoncourt дебютировал с Оркестром Concertgebouw в Амстердаме в 1975 году . Он продолжил работу с оркестром, как приглашенный дирижер, выпустив несколько опер и сделав записи с ним. В октябре 2000года, Королевский Оркестр Concertgebouw дал ему звание "Почетный Приглашенный Дирижер".





В 2009 году Harnoncourt сделал запись «Порги и Бесс» George Gershwin.
Harnoncourt и его жена Alice воспитали четырех детей. Их дочь - певица Elisabeth von Magnus. У них осталось два сына - Philipp и Franz. Их третий сын Eberhard, скрипичный мастер, погиб в 1990 в автомобильной катастрофе.

[Nataly]

Сэр Джон Элиот Гардинер,





CBE (Sir John Eliot Gardiner, CBE, 20 апреля 1943, Фонтмелл Магна, Дорст) – английский дирижёр, один из крупнейших интерпретаторов музыки барокко, исполняемой на инструментах эпохи (аутентизм).

Закончил Кингз-колледж в Кембридже, изучал историю и арабский язык. Учился у Над Буланже в Париже. Основал «Монтеверди- хор» (1966), «оркестр Монтеверди» , ансамбль «Английские барочные солисты», «Революционно-романтический оркестр» (1990).


Его репертуар не ограничивается эпохой барокко, он включает и Монтеверди, и Бриттена. Он работал со многими крупными оркестрами — возглавлял Лионскую оперу и Симфонический оркестр Северогерманского радио (1991—1994), дирижировал оркестром Филармония, Бостонским симфоническим оркестром, Королевским оркестром Концертгебау, Венским филармоническим оркестром
Признание:
Почётный доктор Лионского университета (1987), кавалер Ордена искусств и литературы. Командор Ордена Британской империи (1990). Премия фирмы Граммофон артисту года (1994), премия фирмы Эхо-классик дирижёру года (1995), премия Дитриха Букстехуде (1995), премия Грэмми (1994, 1999), Премия Роберта Шумана (2001). Возведён в рыцарское звание(1998).

[mitka]

Уточнение: кантаты 51 и 199 были в той серии записаны, только с солистками-певицами.

[Nataly]

mitka[/B];969634]Уточнение: кантаты 51 и 199 были в той серии записаны, только с солистками-певицами.

Спасибо,mitka! Буду рада любым уточнениям и дополнениям - я небольшой спец в этой области, но она меня очень интересует.

[Nataly]

Роджер Норрингтон.




Роджер Артур Карвер Норрингтон (Roger Arthur Carver Norrington; 16 марта 1934, Оксфорд) — британский дирижёр.
Сын крупного издателя и оксфордского академического деятеля Артура Норрингтона. Учился в Вестминстерской школе, в кембриджском Клэр Колледже, в Королевском колледже музыки у сэра Адриана Боулта. В 1960-е годы выступал как тенор, в 1962 организовал хор имени Шютца. В 1969—1984 — музыкальный директор оперного театра графства Кент.
В 1978—1997 - Основатель и музыкальный директор ансамбля аутентистов London Classical Players во главе с Джоном Холлоуэем. В 1985—1989 — главный дирижёр «Борнмутской симфониетты». В 1990—1994 возглавлял нью-йоркский Orchestra of St. Luke. В 1998 возглавил Симфонический оркестр Штутгартского радио. С 2006 — художественный советник Общества Генделя и Гайдна (хор и оркестр инструментов эпохи в Бостоне).
13 сентября 2008 дирижировал в Лондоне последним вечером BBC PROMS - Променад-концерты BBC -
это 8-недельный фестиваль классической музыки в рамках летних фестивалей.
Норрингтон исполняет произведения европейских композиторов от Шютца до Воана Уильямса.

Творческая характеристика.



Крупнейший дирижер и музыкальный организатор аутентентичного направления в исполнительском искусстве.

Признание.
Офицер Ордена Британской империи (1980), командор (1990) и рыцарь-бакалавр ордена (1997). Премия Эхо-классик (2001), премия Бременского музыкального фестиваля (2004) и другие награды и премии.

Имя Роджера Норрингтона, поистине легендарного выдающегося музыканта, почти полвека стоящего «в авангарде» исторического (аутентичного) исполнительства, как раз в России известно далеко не в той мере, в которой оно того заслуживает. Роджер Норрингтон родился в 1934 году в Оксфорде, в музыкальной университетской семье. В детстве обладал прекрасным голосом (сопрано), с десяти лет обучался игре на скрипке, с семнадцати – вокалу. Высшее образование получил в Кембридже, где изучал английскую литературу. Затем профессионально занялся музыкой, окончив Королевский музыкальный колледж в Лондоне. Рыцарское звание и титул «сэр» присвоено ему Королевой Великобритании Елизаветой II в 1997 году.
Сферой обширных творческих интересов дирижера является музыка трех столетий, начиная семнадцатым и кончая девятнадцатым веками. В частности, непривычные для консервативного меломанского уха, но в то же время убедительные трактовки Норрингтоном симфоний Бетховена с использованием аутентичных инструментов снискали ему мировую славу. Их записи, сделанные для компании EMI, получили призы в Великобритании, Германии, Бельгии и США и до сих пор считаются эталоном современного исполнения этих произведений с точки зрения их исторической аутентичности. Затем последовали записи сочинений Гайдна, Моцарта, а также мастеров XIX столетия: Берлиоза, Вебера, Шуберта, Мендельсона, Россини, Шумана, Брамса, Вагнера, Брукнера, Сметаны. Они внесли значительный вклад в разработку интерпретации стиля музыкального романтизма.
За время своей впечатляющей карьеры Роджер Норрингтон много дирижировал в ведущих музыкальных столицах Западной Европы и Америки, в том числе, и у себя на родине. В 1997 – 2007 годах он был главным дирижером оркестра «Camerata Salzburg». Маэстро известен и как оперный интерпретатор. В течение пятнадцати лет он был музыкальным директором Кентской оперы. Событием мирового масштаба стала его реконструкция оперы Монтеверди «Коронация Поппеи». В качестве приглашенного дирижера работал в театрах Covent Garden, English National Opera, Teatro alla Scala, La Fenice, Maggio Musicale Fiorentino и Wiener Staatsoper. Маэстро – неоднократный участник Зальцбургского и Эдинбургского музыкальных фестивалей. В год 250-летия Моцарта (2006) дирижировал в Зальцбурге оперой «Идоменей».
Дирижерско-исследовательская работа сэра Норрингтона с точки зрения критического переосмысления самих партитур, состава и размещения оркестра, характеристик его звучания и музыкального стиля, способствовавшая обновленному (в смысле максимальной приближенности к историческому оригиналу) осмыслению музыки XVIII – XIX веков, была высоко оценена современниками.

[Nataly]

Уильям Кристи






Уильям Кристи (WilliamLincolnChristie; род. 19 декабря 1944, Буффало) — американский и французский клавесинист и дирижёр (с 1995 г. гражданин Франции).
Учился в Гарварде (история искусств) и Йеле (музыка). В 1971 переехал во Францию. Работал с Рене Якобсом.
В 1979 основал барочный оркестр «Цветущие искусства» (фр. Les Arts Florissants, назван по одноимённой опере Марка-Антуана Шарпантье). В репертуаре оркестра — музыка Пёрселла, Люлли, Куперена, Рамо, Шарпантье, Монтеверди, Генделя и других европейских композиторов эпохи барокко.
Преподаёт в Высшей национальной консерватории музыки и танца в Париже.
Офицер ордена Почётного легиона (1995) и ордена искусств и литературы.





Уильям Кристи: "Многие считали наше дело причудливой фантазией букиниста".

Скоро исполнится тридцать лет с тех пор, как Уильям Кристи переселился в Европу. За это время он успел стать первым американцем, приглашенным преподавать в Парижской консерватории, кавалером Ордена Почетного Легиона и, наконец, четыре года назад получить французское гражданство. К отмечавшемуся в 1999 году двадцатилетию своего ансамбля "LesArtsFlorissants" Кристи пришел с огромным списком постановок оперных раритетов, обладателем бесчисленных международных премий грамзаписи и — почти национальным героем французской музыки, грандиозные выставки записей которого украшали собой все профильные магазины. Главное детище Кристи "Les Arts Florissants" — вокальный и инструментальный ансамбль (сегодня — хор и оркестр), история которого началась в Париже в 1979 году, был назван в честь написанной ровно тремя столетиями раньше одноименной оперы Марка- Антуана Шарпантье. Все эти годы музыканты с невероятной, чисто барочной продуктивностью воскрешали итальянскую, английскую, но главным образом, французскую музыку XVII — XVIII веков, раз за разом становясь первооткрывателями, безошибочно формируя репертуар, вводя в современную музыкальную жизнь свежие имена и названия и делая это с неотразимой убедительностью. Кристи одарен счастливой способностью превращать результаты своих научных разысканий в художественные события удивительной оригинальности и не менее удивительного качества отделки. При этом, в отличие от многих дирижеров-аутентистов Кристи предпочитает не покидать пределы XVII — XVIII столетий. У Кристи потрясающее театральное чутье, приведшее его к сотрудничеству с выдающимися художниками, балетмейстерами и с такими режиссерами, как Мари-Жан Виллежье, Роберт Карсен, Альфредо Ариас, Пьер Луиджи Пицци, Андрей Щербан, Питер Селларс. Его ансамблю удалось одолеть неприступную крепость музыкальной декламации французского барочного театра и благодаря этому найти ключ к целой эпохе. Любимый автор и фирменное открытие Кристи — Марк-Антуан Шарпантье, чьих “Медею”, “Версальские удовольствия”, “Путешествие Орфея в ад”, “Давида и Ионафана”, “Мнимого больного” он ввел в музыкальный обиход. Впрочем, Шарпантье — не единственный фаворит. Недавние записи только французских опер включают “Ипполита и Арисию” и “Кастора и Поллукса” Рамо, “Идоменея” Кампра, “Иефая” Монтеклера. А также “Короля Артура” и “Дидону и Энея” Пёрселла, “Святого Алексея” Ланди, “Орландо” Генделя, “Похищение из сераля” и “Волшебную флейту” Моцарта. И это лишь сравнительно небольшая часть записей Кристи, выпущенных фирмой Erato, эксклюзивный пятилетний контракт с которой был заключен в 1994 году и недавно продлен. В связи с новыми проектами упоминаются имена Моцарта, Кальдара, Демаре, Люлли, Куперена, Рамо, Шарпантье, Монтеверди и Генделя... Предлагаем вниманию читателей отрывки из интервью маэстро Кристи.

— Двадцать лет назад вы основали ансамбль "Les Arts Florissants". Тогда аутентичное исполнение было лакомством для гурманов, блюдом для тонких ценителей — и только. Многое ли изменилось за эти годы?


— О таком интересе к барочной музыке и аутентичным способам ее исполнения, как сегодня, в 1979 году мы могли только мечтать. Фильмы "Фаринелли" и "Седьмая струна" смотрел широкий зритель, и это показывает, что интерес к музыке эпохи барокко и специфическим барочным средствам интерпретации может быть массовым. Билеты на наши концерты чаще всего бывают полностью распроданы; даже в таких странах, как Япония и США, находится много любителей барочной музыкальной культуры. Компакт-диски не просто хорошо раскупаются, но и переиздаются порой по пять раз, что в сотрясаемой кризисом классической отрасли — большая редкость. На наш юбилейный концерт в Opera-Comique оборотистые молодые люди продавали "левые" билеты по ценам "черного" рынка.

— При том, что цены и так были очень высокими...


— Концерты независимых специальных ансамблей во Франции всегда очень дороги. Это происходит не от нашей жадности, а оттого, что мы получаем очень маленькие государственные дотации. Все барочные ансамбли вместе взятые получают столько же общественных денег, сколько один-единственный региональный симфонический оркестр. Мы отнюдь не легко держимся на плаву. Очевидно, что государству такая ситуация выгодна: мы не стоим ему многих денег, выживаем, несмотря ни на что, и обогащаем, к тому же, музыкальную жизнь. Симптоматично, что Министерство иностранных дел на протяжении многих лет является нашим постоянным партнером в организации заграничных туров: ведь своими гастролями мы — я надеюсь — способствуем высокой репутации французской культуры. Министерство же культуры, наоборот, откровенно не хочет взваливать на себя какие бы то ни было новые ансамбли сверх очень давних своих партнеров — тех, с которыми оно сотрудничает долгие десятилетия.

— Это при том, что вы пользуетесь большой поддержкой публики...

— И публики, и таких больших организаций, как Парижская Опера или фестиваль в Эксе, где мы регулярно гастролируем; по-видимому, мы также любимы и звукозаписывающими фирмами. Erato недавно продлила наш эксклюзивный контракт до 2005 года. В плане стоят пятнадцать новых компакт-дисков, ведутся разговоры еще о трех или пяти. Как вы думаете, стала бы фирма — особенно, учитывая сегодняшнюю конъюнктуру рынка классических записей, где все продается очень плохо — выпускать двадцать новых дисков, если бы не была уверена, что спрос на них есть? Плохо, что менталитет чиновников и всех тех, от кого зависят решения, меняется во Франции значительно медленнее, чем менталитет публики.
В музыкальной жизни до сих пор много формализованного и заакадемизированного. Когда я преподавал в Парижской консерватории, то мог наблюдать это ежедневно. Лишь некоторые коллеги дали мне понять, что они интересуются или как минимум уважают аутентичную исполнительскую манеру. Многие студенты говорили мне: "Я не могу больше приходить на ваши занятия. Мой педагог по специальности считает, что это сбивает меня с правильного пути". Французская система болеет в результате десятилетий централизма, в результате немыслимых самодовольства и самомнения горстки людей, которые решают все. В среде истеблишмента всегда посмеиваются над нашей работой — даже такие влиятельные музыканты, как Даниэль Баренбойм или Пьер Булез. С этой стороны конктруктивная критика не исходит никогда.





— Над теми, кто настаивает на своей необычности, всегда немного посмеиваются. Но ведь этим можно воспользоваться как своего рода рекламой, особенно, когда начинаешь с нуля...


— Я вырос в Буффало, в североамериканском штате Нью-Йорк. В шестнадцать лет приехал в Чикаго. Потом учился в Йельском университете и в Гарварде — между прочим, у клавесиниста Ральфа Киркпатрика. В двадцать семь лет окончательно переселился в Европу. Во Франции были тогда Жан-Клод Мальгуар — в высшей степени заслуживающий уважения человек, пионер барочного движения, —такие клавесинисты, как Бланден Верле и Скотт Росс, и некоторые органисты. Но в целом иностранцы оказались более способными к аутентичной игре, более заинтересованными. И "Les Arts Florissants" состоял вначале — да и сейчас еще состоит — из многочисленных иностранцев. Я думаю, в этом наша особенность.

— Уверен, не единственная...


Нет. Долгое время нашей особенностью было то, что мы репетировали — порой на протяжении многих недель — в каких-то неизвестно кому принадлежащих загородных домах, в пустующих церквах, везде, где не надо было платить аренду. К нашим особенностям относится и то, что мы пережили "унижение" изгоев — многие серьезные музыканты считали наше дело причудливой фантазией букиниста. Но главное, что страстную готовность действовать вопреки всему мы еще и теперь находим среди участников "LesArtsFlorissants", несмотря на то, что многие из них работают не на постоянной ставке, а на договоре — поскольку мы ориентированы, в том числе и по финансовым соображениям, на конкретные проекты. Это значит, что мы готовим программу, играем ее там, куда нас приглашают, а потом оставляем. Нередко — навсегда. Обычно на программу я приглашаю тех музыкантов, о которых точно знаю, что они соответствуют репертуару и моим исполнительским требованиям. К тому же у нас не принято готовить концерт в три репетиции, как это часто делают — из-за нехватки времени — англосаксонские ансамбли. Менталитет служащих симфонических оркестров (скажем так: многих симфонических оркестров) нашим музыкантам несвойственен. Еще и потому, что я охотно приглашаю молодых, и более опытные коллеги бережно вводят их в существо и специфику нашей работы. Так что у всех нас единая позиция, единая концепция аутентичного исполнительства. Аутентичная практика состоит не только из барочных струнных, натуральных валторн и указаний стилистического характера — например, как верно исполнять украшения. Она базируется в большей степени на определенном музыкальном взаимопонимании, а этого нельзя добиться "с вечера до завтрашнего утра". Я всегда повторяю: мы — специалисты с ограниченным XVII — XVIII веками репертуаром, знающей, критичной публикой и годами накапливаемым опытом, который покоится на большой, в том числе и исследовательской, работе (я сам, кстати, много работал и работаю в Национальной Библиотеке Франции). Поэтому я безмерно сержусь, когда слышу разговоры, будто бы традиционные ансамбли и оркестры вполне в состоянии делать то же самое, что и мы.


— Что вы думаете, к примеру, о моцартовских записях Николауса Арнонкура с Амстердамским Концертгебау?


— Каждый может делать то, что он хочет. Но, откровенно говоря, я не понимаю, что интересного может быть в смешении старого и нового: уже чисто инструментально эти записи кажутся мне сомнительными. Я восхищаюсь первопроходцем Арнонкуром, но не тем, как он понимает идею аутентизма. Это же относится и к Франсу Брюггену, который уже несколько лет работает с Оркестром де Пари: пара-тройка новых фразировок и другой смычок — это еще не аутентизм. Короче: зачем блестящие специалисты в области опер Верди или вальсов Штрауса берутся за барочную музыку, для меня загадка. Лишь очень немногие интерпретаторы способны достигать высот качества в сочинениях различных эпох. Саймон Рэттл — один из них. Но когда Саймон, с которым я дружу и который порой спрашивает у меня совета, исполняет произведения Рамо, он делает это с “Оркестром Века Просвещения” — коллективом, специализирующимся на барочной музыке, а не со своим традиционным оркестром из Бирмингема. Я сам периодически работаю с современными инструменталистами, но всегда только в соответствующем репертуаре.


— Если уж мы заговорили о репертуаре, бросим беглый взгляд на ваш рабочий стол...


— Там в настоящее время лежат несколько произведений Йозефа Гайдна: оратории, в том числе "Семь слов". Не забудьте, что в 1764 году, когда умер Рамо, Гайдн был уже тридцатилетним, вполне сознательным композитором. Обычно между барокко и классицизмом делают слишком большую цезуру. Очень много стилевых направлений переплелось во второй половине XVIII века. Без знания генделевских произведений Бетховен не мог бы написать “Торжественную мессу”. Когда я исполняю это сочинение, я стараюсь подчеркнуть идущие от барокко и ранней классики эффекты, динамические оттенки. И наоборот, полностью небарочное бетховенское обхождение с голосами.
Наряду с Гайдном и Бетховеном я бы хотел следующие несколько лет посвятить сочинению Карла Филиппа Эммануила Баха "Израильтяне в пустыне" и партитуре «Sanctus» для двойного хора — его музыкальному завещанию. Потом, конечно, кое-что из Генделя: оратории "L'Allegro, il Penseroso ed il Moderato" и "Теодора". Последняя — почти опера, как это убедительно показал Питер Селларс в глайндборнской постановке.


— А как насчет чего-нибудь необычного?

— Да, в этом году мы осуществим также некоторые специальные проекты. Помимо последних представлений этого сезона и первых следующего — "Альцины" Генделя и "Галантных Индий" Рамо с Натали Дессей и Рене Флеминг — мы дадим в Palais Garnier балетный вечер в хореографии Иржи Килиана. В качестве сопровождения там предполагается лоскутное одеяло из фрагментов вокальных сочинений Джезуальдо и Монтеверди, григорианских хоралов и даже с рэповой вставкой.

— Как, простите?..

— (заговорщицким шепотом) Мы хотим классический текст озвучить рэповой музыкой...


— И часто у вас возникают такие желания?


— В молодые годы в США я играл прелюдии Шопена и "Фантастические пьесы" Шумана на современном концертном рояле, позднее работал в "Five Centuries Ensemble" с такими людьми, как Сильвано Бусотти, Лукас Фосс, Мортон Фелдман и Бруно Мадерна... Вскоре мы также представим премьеру произведения, специально заказанного Бетси Джолас. Если не считать римского проекта с вокальными сочинениями Джачинто Шелси — проекта, который лопнул несколько лет назад, — это мое первое после очень большого перерыва обращение к современной музыке. Надеюсь, во мне еще остались необходимые рефлексы...
Смешения, всяческие миксты всегда привлекали меня — в виде ли программ, композиций-попурри из различных опер или современных обработок классических музыкальных произведений. Что вовсе не означает, что я против добротных, крепких, серьезных программ — совсем наоборот. И в своей художественной практике я остаюсь верен двум моим любимцам — "Les Arts Florissants" и “Оркестру Века Просвещения”, как Джордж Сэлл Кливлендскому оркестру или Юджин Орманди — Филадельфийскому. Скакать, как Тарзан, от оркестра к оркестру и каждый концерт делать с двух-трех репетиций — это неблагодарное дело мне совсем не нравится. Я очень радуюсь, когда люди рассказывают мне, что они услышали по радио четыре такта Люлли и сразу узнали "Les Arts Florissants". Это для меня лучший комплимент.


— А что было бы осуществлением ваших самых сокровенных желаний?

— Один мой молодой знакомый создал архитектурный проект (это была его дипломная работа) — план "дома" для "LesArtsFlorissants". По замыслу автора, здание должно быть построено в самом центре Парижа, должно иметь различные репетиционные и концертные залы, бюро, комнаты для гастролеров, громадное помещение для библиотеки — наша теперешняя находится в совершенно непригодной для этого городской квартире, — иметь также гимнастический зал, огород и фруктовый сад (растерянный взгляд)... Как говорится, прекрасный сон...

[Nataly]

Philippe Herreweghe

Херревеге, Филипп

Philippe Herreweghe (родился 2 мая 1947 года в Генте), бельгийский (фламандский) дирижер.



Изучая медицину и психиатрию в Гентском университете, одновременно учился музыке в Гентской консерватории. В 1970 году создал хор Collegium Vocale Gent. Арнонкур и Леонхардт пригласили его вместе с хором для записи полного собрания кантат Баха. В 1977 году создал в Париже ансамбль La Chapelle Royale, исполнявший французскую музыку эпохи Возрождения и барокко. Среди других созданных им исполнительских коллективов — Ensemble Vocal Européen, Orchestre des Champs-Élysées. В 1982—2002 годах Херревеге был музыкальным директором летнего фестиваля
Les Académies Musicales de Saintes. Кроме того, выступал с крупнейшими европейскими оркестрами, включая Оркестр Концертгебау.

C 1997 года руководит Королевским
Филармоническим оркестром Фландрии.
Записи:

Среди наиболее известных записей дирижёра — сочинения Шютца и Орландо ди Лассо, хоровые шедевры Баха, мотеты Рамо и Люлли, реквиемы Моцарта, Форе и Брамса, оратории Мендельсона, Девятая симфония Бетховена, «Лунный Пьеро» Шёнберга, симфонии Брукнера, «Волшебный рог мальчика» Малера и др.
Признание:




В 1990 году европейская пресса назвала Херревеге «музыкальной личностью года», в 1993 году он и его Collegium Vocale были названы посланниками культуры Фландрии. Кавалер ордена искусств и литературы (1994), почётный доктор Лёвенского католического университета (1997), кавалер ордена Почётного легиона (2003).

[fontegara]

Замечательно, что Вы опубликовали столько информации о выдающихся дирижерах, спасибо! Мне кажется, справедливости ради в этот компендиум нужно добавить имя ещё одного бельгийца, руководителя "Huelgas Ensemble" - Paul Van Nevel, он внес огромный вклад в интрепретацию ренессансной и средневековой вокальной полифонии.

http://www.huelgasensemble.be/

[Nataly]

Я сделаю это обязательно. Спасибо на добром слове.

[Nataly]

PaulVanNevel

Поль Ван Невель.



Известный дирижер, исследователь и исполнитель музыки Ренессанса и Средневековья. Родился в феврале 1946 года в семье музыкантов в Лимбурге (Бельгия)

Особенно известен, как основатель и дирижер вокальной группы «Huelgas-ensemble-classical-musician». Страстный интерес Van Nevel к музыке Средневековья и Возрождения(1450-1599гг) отражает его представление о том, что современная культура, будучи преимущественно визуальной, пренебрегает фундаментальным аспектом ее истории. По мнению Van Nevel, большинство людей, которые знакомы с художественными работами Босха, Ван Эйка и Мемлинга, ничего не знает о музыке, которую слушали эти великие художники. Van Nevel назвал свою группу в честь «Las Huelgas» - старинной рукописи, важного источника знаний о музыке тринадцатого столетия. Эта старинная рукопись была создана в цистерцианском женском монастыре около Бургоса, в Испании - Monasterio de Santa Mariala Real de Las Huelgas. Van Nevel проводит большую часть своего времени, исследуя и расшифровывая «раннюю» музыку, и многие из его транскрипций были изданы Bärenreiter. (Знаменитый немецкий издательский дом). Среди его академических публикаций – монография о Johannes Ciconia, эссе о Nicolas Gombert и фламандской полифонии, а также исследование франко - фламандского стиля Северной Франции во времена Ренессанса. Кроме руководства Huelgas Ensemble, Van Nevel работает как приглашенный дирижер с такими группами, как Nederlandse Bach Vereniging, Collegium Vocale Gent и Nederlands Kamerkoor. Будучи преподавателем вSweelinck School o fMusic в Амстердаме, он учит будущих хормейстеров принципам нотации, транскрипции, и интерпретации «ранней» музыки. Проекты записей, задуманные для HuelgasEnsemble, как правило, связываются с особыми временем и местом. Один пример - La Pellegrina, который показывает музыку, которая, возможно, использовалась, как развлечение в 1598 году на свадьбе Grand Duke Ferdinando de Medici и Christine of Lorraine. Van Nevel способствовал знакомству публики с инструментальной музыкой многих средневековых и ренессансных мастеров, включая Agricola и Mattheus Pipelare.





Благодаря его руководству Huelgas Ensemble,получил многочисленные призы за записи, такие, как Edison Award, First Prize of the CD Compact Records Awards of 1991, the Diapason d'Or (дважды), the Snepvangers Award of the Belgian Music Press, the German ECHO Prize, the Cannes Classical Award, and the French Prix in Honorem from the Académie Charles Cros, All Music Guide.