"Золушка" Россини, Москва, КЗЧ, 8 сентября 2010

[Alfredo Germont]

8 сентября 2010
среда, 19.00 Москва,
Концертный зал им.П.И.Чайковского >>>
Продолжение Второго Большого фестиваля РНО

Российский национальный оркестр
Дирижёр Михаил Плетнёв
Государственный академический русский хор имени А.В.Свешникова п/у Б.Тевлина

Сегодня как мне показалось публика была в основном не оперная, а плетневская. Когда в начале вышел Плетнев, ему устроили длинную овацию, и в конце на поклонах хлопали больше всех. Хотя за то что он сделал с оперой, ему вовсе не хлопать надо.

Порезана опера была совершенно беспредельным образом, такого сейчас нигде и никто себе не позволяет. То что выкинули повторы всех кабалетт и стретт (уцелел чудом повтор повтор в теноровой арии с браслетом) - это ладно, так часто делают. Но удалили целиком всю сцену и арию Алидоро! И все "сухие" речитативы. Клавесиниста на сцене вообще не было. Второй акт открывался сразу арией Дона Маньифико Sia qualunque delle figlie без речитатива, потом сразу без речитатива ария Рамиро Si ritrovarla io giuro, потом сразу без речитатива дуэт Un segreto d'importanza и т.д.

Почему-то оперу разделили двумя антрактами. Первый был между квинтетом Nel volto estatico и второй арией Дона Маньифико, видимо вместо вырезанной арии Алидоро. Второй там где положено. Учитывая что между первым и вторым антрактами было музыки всего минут 20, зачем понадобился этот антракт, я не понял.

Зато впервые на концертном исполнении оперы в Москве я увидел полезное новшество - два экрана, на которые передавался перевод оперы. Первый блин, правда, получился комом. Перевод показывался с ноутбука из презентации в формате Power Point (был случай, когда поверх текста вылезли окошки Windows), причем человек, который перещелкивал кадры презентации, плохо понимал когда их надо перещелкивать и часто написанное на экране сильно расходилось с тем что звучало на сцене. Но нововведение безусловно полезное, и я надеюсь, что такая практика на концертных исполнениях опер будет продолжено.

Очень порадовали певцы, правда не все.

Принц дон Рамиро - Антонино Сирагуса (!!!). Это один из ведущих в мире россиниевских теноров. Сегодня он выдал высший класс. Сирагуса живьем очень отличается от записей. Голос у него реально большой, при необходимости он легко перекрывает оркестр, хор и всех солистов. На мои уши, тембр очень красивый. Он нифига никакой не легкий тенор, а полноценный лирико-спинто, способный при желании хорошо спеть, например, Каварадосси. Но я надеюсь, что такого желания у него не возникнет. Колоратура и верх у него есть благодаря технике. В целом спел он сегодня идеально, а ария Si ritrovarla io giuro - вообще образцово-показательная.

Дон Маньифико - Бруно Пратико (!). Он уже в возрасте и по голосу это слышно. Но мастерство никуда не делось, спел он отлично. Актер он великолепный. Публика его принимала восторженно, и сегодя был исключительный случай, когда народ прервал его овацией, криками "браво" на середине третьей арии Sia qualunque delle figlie и он некоторое время не мог продолжить арию. Секстет тоже прервали на середине аналогичным образом.

Алидоро - Дмитрий Неласов. Хороший звучный баритон, почему ему не дали спеть арию - не знаю.

Дандини - Энрико Марабелли. Не то чтобы он был совсем уж плохой, но я очень пожалел, что петь Дандини не приехал изначально заявленный Паоло Бордонья. Его я слышал в этой партии 4 года назад в БЗК, по сравнению с Марабелли это было небо и земля. Слушать его можно, но не более.

Золушка - Серена Мальфи. Поет аккуратно, техника хорошая, голос небольшой и малоинтересный. В целом - средне.

Сестренки Золушки
Клоринда - Анастасия Белукова и Тисбе - Тициана Трамонти. Сказать можно примерно то же, что и о Серене Мальфи. Средне. Хотя сказать чтобы совсем плохо тоже не могу. Пожалел, что на Золушкиных сестренок не пригласили девушек из театра Зазеркалье, которые их пели на Золотой маске 2 года назад - Людмилу Шихову и Марию Рубинштейн. Они и пели намного лучше, и артистически были куда интереснее.

В целом. Я сегодня ходил слушать Сирагусу и Пратико. Ими чрезвычайно доволен. Остальное меня мало волновало.

[femmina]

Россиниевский национальный
// "Золушка" на фестивале РНО

Газета «Коммерсантъ» № 167 (4467) от 10.09.2010

1 из 5 Бруно Пратико (в центре) в партии барона Маньифико продемонстрировал осязаемый уровень мастерства

Фото: Дмитрий Лекай/Коммерсантъ

Концерт опера
Большой фестиваль Российского национального оркестра представил концертное исполнение оперы Россини "Золушка". Дирижировал Михаил Плетнев, пела международная команда с абсолютным перевесом итальянских артистов. Рассказывает СЕРГЕЙ ХОДНЕВ.

"Золушка", пожалуй, просилась в самые интригующие номера фестивальной недели. За нормальное качество вокала можно было не сомневаться, подбирать по верным меркам адекватных и "вкусных" исполнителей для оперных концертов у нас теперь умеют. Самому-то РНО полноценные опыты в россиниевском стиле, безусловно, не в новинку, достаточно вспомнить только одно событие с его участием, "Итальянку в Алжире" с Альберто Дзеддой, едва ли не лучшее оперное событие прошлого сезона. Но вот насколько оперная музыка Россини по сердцу и по темпераменту самому Михаилу Плетневу — на этот счет сомнения были.

Но получилось очень убедительно: сыгранный нарочито камерным составом Россини был легок, пружинист, в меру искрист, прочитан не просто основательно, но и с удовольствием. Если придираться, малость недоставало спонтанности и какой-то веселой алхимической соли, которая превращает просто живое и качественное исполнение в глоток чистой эйфории. Но это у оркестра. Певцы по этой части положение вполне корректировали — во всяком случае, в безупречно сделанных ансамблях вместе с нарастанием крещендо и с увеличивающимся темпом скороговорки в крови, казалось, подскакивал уровень серотонина.

Индивидуальные работы получились менее равномерно. Сестры-злюки в исполнении двух сопрано — итальянки Тицианы Трамонти и нашей Анастасии Белуковой — временами тонули в оркестре, прямо скажем, совсем не вагнеровском по уровню децибел. Когда на сцену вышел и взял первые ноты Антонино Сирагуса, певший принца Рамиро, контраст вышел такой поразительный, что в записи это показалось бы невообразимым ляпом звукорежиссера: итальянский tenore di grazia выдавал, помимо полагающихся звенящих верхов, легчайшего тембра и эффектной техники, просто-таки артиллерийскую силу звука.

Золушкой-Анджелиной была Серена Мальфи, понравившаяся красивой сочной окраской своего легкого меццо, но несколько зажимавшаяся с потерями для и так небольшого голоса. Рядом с Анной Бонитатибус, певшей Золушку под управлением Теодора Курентзиса четыре года назад, ее никак не поставишь. Впрочем, у госпожи Мальфи "примадоннской" закалки еще нет по вполне понятным причинам — ей всего 25 лет.

Что солидный опыт в россиниевском репертуаре значит многое, сполна показал знаменитый итальянский "буффо" Бруно Пратико: его баритон, казалось бы, объективно уже в неважной форме, но поди это заметь при мастерской и гомерически смешной игре — вокальной, актерской, всяческой. Остальные два баритона, Энрико Марабелли (Дандини) и Дмитрий Неласов (Алидоро), при всей их голосистости на фоне старшего коллеги несколько терялись. Им, правда, не очень повезло из-за того, что оперу давали в слегка урезанной версии, вырезав речитативы, в которых можно было бы вдоволь покомиковать, но даже при таком раскладе публика, кажется, насмеялась на полгода вперед.