Вертинский и португальский

[Stanislav]

Зарастро, огромное спасибо Вам за этот стих! Отдельное спасибо за перевод, который, imho, не хуже оригинала.

Местный народ врядли когда-то поймёт, почему в России их литературу многие знают лучше, чем они сами...
Hедавно ради любопытсва просмотрел Ахматову в переводе на португальский - убогие белые стихи, обыконовенный, практически дословный перевод. :(

А Пессоа, конечно весьма хорош, как впрочем и Рейс, Каэйрос и де Кампос.

Ага, особенно учитывая, что последние три являются псевдонимами первого.

[zarastro]

А Пессоа, конечно весьма хорош, как впрочем и Рейс, Каэйрос и де Кампос.

Ага, особенно учитывая, что последние три являются псевдонимами первого.

Ну так а я о чем!
Насячет переводов на русский есть изумительные переводы всего вышеозначенного "квартета" у Гелескула. Вот
например:

КОСОЙ ДОЖДЬ
I
Вплывает в окрестность мираж небывалого порта,
И в купах созвездий сквозит белизна парусов,
За которыми стелются тенью
Вековые деревья пронизанной солнцем округи…
Та гавань, которая снится мне, вечно в тумане,
Как вечно на солнце окрестные рощи.
Но где-то во мне это солнце становится портом,
Прощально туманя залитые солнцем деревья…
И, дважды свободный, я трогаюсьв путь.
Портовая пристань - обочина тихой дороги -
Встает, как стена,
И в отвесную горизонтальность
Уходят суда сквозь деревья,
С каждой ветки роняя швартовы…
Кто я сам в этом сне, я не знаю…
Внезапно на рейде становится море прозрачным,
И в нем, как огромный эстамп,
Видна вся округа, деревья, дорогана солнце,
И старинное судно - древнее, чемвесь этот порт, -
Затеняет окрестную явь,
Подплывает ко мне и мгновеньеспустя,
Всколыхнув мою душу, плывет надругой ее берег…

II
В дожде загораются свечи,
И что ни свеча, то новые всплескив окне…
Сегодняшний дождь - это светом залитая церковь,
Где отсветы окон становятся отзвуком ливня…
Алтарь ее - горы, которые еле видны
Сквозь дождь, золотое шитье на алтарном покрове…
Идет литургия, и в окна латынью и ветром,
Стекло сотрясая, врывается пасмурный хор…
Секвенция - шум лимузина,который рассек
Ряды прихожан, в день печали склонивших колени…
Вдруг ветер сотряс литургию
На высшей из нот - и все потонуло в дожде,
Лишь пасторский голос воды отозвался вдали
Гудению автомобиля…
И церковь задула огни
На исходе дождя…
III
В бумажном листе спит великий египетский Сфинкс…
Я пишу - и его очертанья сквозят под рукой,
А поодаль растут пирамиды…
Я пишу - и, нечаянно глянув накончик пера,
Вижу профиль Хеопса…
Роняю перо.
Все темнеет. Я падаю в безднувеков…
В глубине пирамиды я горблюсь под этой же лампой,
И вся косность Египта хоронит меня и стихи…
Слышу в скрипе пера
Смех Великого Сфинкса,
И огромная, необозримая лапа
Сметает с бумаги слова -
И в бумажной пустынности труп фараона
Не спускает с меня неподвижно расширенных глаз.
Наши взгляды встречаются,
И в глубине перспективы
На пути от меня к моим мыслям
Плещет Нил, и на солнце играют
Весла, золото и вымпела…
Это древнее золото - я, саркофаг фараона…
IV
Тихий угол мой оглох от бубнов!
Это андалузский перекресток.
Жар весны и чувственного танца…
Все на свете разом замирает,
Цепенеет, ширится, пустеет…
Белая рука приоткрывает
В гуще строк заветное окошко,
Падает фиалковый букетик
И весенней ночью предстает
Моему невидящему взгляду…
V
Где-то солнечный вихрь карусельных лошадок…
Пляшут камни, деревья, холмы, замирая во мне…
Ночь в потешных огнях, полдень в лунных тенях,
И на свет балаганов ворчат хуторские ограды…
Стайка девушек, радуясь солнцу
И придерживая кувшины,
Встречается с буйной ватагой идущих на праздник,
С мельтешеньем людей, балаганных огней и потемок,
И обе процессии, та и другая,
Став одной, остаются двумя…
А праздник, и отсветы праздника,
И на праздник идущие люди,
И полночь, донесшая праздник до самого неба,
Плывут над вершинами залитых солнцем утесов,
Скользят по кувшинам, венчающим девичью стайку,
И все это вешнее утро - луна над гуляньем,
И весь этот праздник в огнях -озаренная даль…
И вдруг будто кто-то тряхнул на до мной решето,
И пыль этой сдвоенной яви легла в мои руки,
В ладони мои, где сквозят очертания порта,
И уходят во мглу корабли, не надеясь вернуться…
То белый, то черный песок золотится в ладонях,
Невесомых, как поступь той девушки, что
Возвращается с танцев
Одна, беспечальней, чем эта весенняя даль…
VI
Дирижерская палочка взмыла,
И зал заполняет томительно-грустная музыка…
Она так похожа на детство,
И в день, когда в нашем саду
Я играл у беленой стены и кидал в нее мяч,
На котором с одной стороны был зеленый пес,
А с другой стороны - голубая лошадка
Под желтым жокеем…
Весь театр - это сад, мое детство
Обступает меня, отзывается музыкой мяч
Все смутней и смутней, и все слитней под музыку скачут
Мой желтый жокей, в перегонку с зеленой собакой…
(Так быстро вращается мяч между мной и оркестром…)
Я бросаю его в мое детство,
Он летит по театру, который готов, как ребенок,
У меня под ногами играть с моим желтым жокеем,
И зеленой собакой, и вскочившей на белую стену
Голубою лошадкой… И музыка звонко бросает
Мячи в мое детство… И так уморительно скачет
Дирижерская палочка над каруселью жокеев,
Голубых лошадок и зеленых собакна стене…
Весь театр - это музыка, ставшая белой стеной,
Где зеленому псу не угнаться запамятью детства,
Голубой моей лошадью, загнанной желтым жокеем…
И на всем протяжении,слева-направо - деревья,
А в нижних ветвях музыканты
Провожают меня к пирамиде мяч ей на прилавке -
И мужчина за ним улыбается в мареве детства…
Обрывается музыка, словно упала стена,
И мяч по обрыву скатился на дно сновидений.
Бросив палочку вслед, обернувшийся черным жокей
Осадил голубую лошадку
И с улыбкой склонился, качнув белый мяч на макушке,
И мяч этот белый исчез у него заспиной.
(А. Гелескул)

[krivitch]

Недавно поняла, что все-таки объединяет Вертинского и Португальский на самом деле

Есть такое слово из серии "непереводимых" - Содад (saudade) - особенная национальная португальская тоска, чувство утери, жгучей ностальгии и грусти. Это и тоска по несбывшемуся, что могло бы произойти, но не произошло. Говорят, что у настоящего португальца при этом слове должны на глазах выступить слезы.

Так что, похоже, весь этот старый разговор был совсем о другом

[Genn]

Мне кажется, что описанная тоска характерна не только для Португалии, но и для Испании. Есть такой интересный лейбл Алия Вокс - так там наверное 95% дисков пропитано этой тоской.
http://www.cdguide.nm.ru/AliaVox%20Presentation.html

Считается, что корни этой тоски в гонениях на евреев, предпринимавшихся испанскими королями в начале 16 века, хотя мне гораздо ближе и понятнее иное объяснение - примерно в это время Испания начала колонизацию Америки - значительная часть населения была насильственно погружена на корабли и отправлена за море. Отсюда и тоска.

Вообще - тема тоски довольно заметно проходит и по другим музыкальным культурам во время каких-то достаточно глобальных потрясений общественного уклада. Достаточно вспомнить шутливое определение country music - бесконечная песня о кораблекрушении, произошедшем в начале 18 века.